Я ударила по лапше, вымещая гнев на своём обеде. Когда Сэм и я закончили обедать, она проводила меня до машины.

— Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой? — кусая нижнюю губу, она выглядела обеспокоенной с приподнятыми бровями.

— Нет, — ответила я спокойно и покачала головой, глядя на землю.

Это было немного неловко. Мне было трудно представить, как я выглядела в глазах Дерека. Должно быть, он думал, что я самый дебильный, доверчивый, глупый человек на Земле. Наверное, Дерек и Джессика смеялись надо мной за моей спиной каждый раз, когда он делал перевод с наших счетов на её. Я могла представить их, сидящих на уютном диване, прижимающихся друг к другу, греющихся у камина в своём доме; как они держат бокалы, наполненные шампанским, и хорошо обученный золотистый ретривер отдыхает у их ног. Идеально.

— Я просто хочу, чтобы всё это закончилось, — вздохнула я. — Не хочу, чтобы меня преследовало ощущение, что последние семь лет были одной, большой, тщательно продуманной шуткой, — Сэм притянула меня к себе, но я не двинулась, чтобы обнять её. Я просто прислонилась к ней, принимая поддержку, которую она предлагала. Через несколько секунд я отстранилась, изо всех сил стараясь сохранить самообладание, и потёрла складку, которая образовывалась между бровями, когда у меня был стресс. — Мне нужно идти в банк.

— Ты пойдёшь сейчас? — она вывернула руку, чтобы посмотреть на свои часы. — Разве тебе не нужно вернуться на работу?

Я пожала плечами:

— Я, честно говоря, чувствую, что работа является частью шарады, в которой живу. Всякий раз, находясь там, я ощущаю себя ненужной и несчастной, — сделала глубокий вдох. — Сейчас мне очень трудно почувствовать, что я принадлежу какому-либо месту.

— Ненавижу объяснять очевидные вещи, тем более, что это плохие новости, но если ты бросишь Дерека и у тебя ничего не останется, то тебе будет нужна эта работа, Лена.

Дерьмо. Она была права. Я выдохнула, пытаясь не позволить слезам вырваться с моим дыханием.

— Ты права. Я знаю, что ты права, — расправив плечи, я встала прямо. — Мне просто нужно оценить, что важно прямо сейчас.

— Будь начеку, ладно? Есть свет в конце тоннеля. Это не будет продолжаться вечно. Надеюсь, Престон найдёт то, что ты ищешь.

— Надеюсь, — ответила я, подарив ей слабую улыбку, на которую была способна.

Мы расстались, и я решила вернуться на работу, приняв слова Сэм близко к сердцу. Она была права: мне понадобится работа, когда со всем этим будет покончено. Оказавшись разведённой женщиной, я должна буду обеспечивать себя.

Я выполнила все намеченные на день задачи и ушла немного пораньше, чтобы зайти в банк до его закрытия. Дружелюбная женщина сообщила мне, что мой муж на самом деле перевёл все деньги с нашего счёта: все, кроме двадцати тысяч долларов. Я быстро открыла новый счёт и перевела на него оставшуюся сумму, покинув ранее улыбавшуюся женщину с жалеющей и понимающей улыбкой на лице. Я догадывалась, что не каждый день приходит грустная, брошенная жена, которая выпрашивает ничтожные остатки своей прошлой жизни.

Я была немного раздражена, когда в конечном итоге приехала в кондоминиум Престона. Я тонула в бассейне из жалости и досады. Припарковав свою машину напротив его гаража, я поняла, что впервые самостоятельно приехала в его дом. Я подошла к двери и подняла руку, чтобы постучать, и, прежде чем мой кулак коснулся её, она открылась.

— Эй, — сказал мне Престон, отворяя её на себя.

У него была нерешительная улыбка на лице, будто он рад меня видеть, но не ожидал, что я приеду.

Я подошла прямо к нему и обняла за талию, приникая лицом к груди и вдыхая запах лосьона после бритья, а также ощущая его мускулистое тело напротив своего.