Он опустил рот на мою грудь, оставляя на ней лёгкие поцелуи. Когда добрался до моего пупка, не оставил без внимания и его, поцеловав так глубоко, что я почувствовала, как во мне что-то взорвалось и опустилось в мой центр, разжигая совершенно новое пламя. Я извивалась под ним и тяжело дышала, а от предвкушения по моей коже побежали мурашки.

— Иисус, Лена. Ты такая отзывчивая. Я едва прикоснулся к тебе.

— Не останавливайся, — прошептала я.

Схватившись за пояс моих штанов, он начал стягивать их вниз, плавно скользя пальцами по моим бёдрам. Освободив меня от них, Престон провёл языком по всей длине моей правой ноги, и его рот оказался на моей лодыжке, чередуя облизывание и поцелуи. К тому времени, как он добрался до края моих трусиков, я стонала и извивалась.

Тепло его тела исчезло, и я открыла глаза в поисках Престона. Откинувшись назад, он просто смотрел на меня. Под его напряжённым взглядом моей первой реакцией стали смущение и желание прикрыться. Мои руки чесались от стремления лечь на живот или скрыть грудь. Но его взгляда было достаточно, чтобы послать по моему телу ещё больше жара. Ему нравилось то, что он видел. Удовлетворённо разглядывал моё тело. Он хотел меня.

Я позволила своему взгляду исследовать его, и мой пульс застучал в венах от увиденного. Престон Рид в частично расстёгнутой белой рубашке от смокинга и чёрных боксёрах. Он выглядел мечтой каждой женщины. Его тёмные волосы были в беспорядке от моих пальцев, а трусы основательно натянуты. Мой рот наполнился слюной при мысли о том, что скрывается под хлопковой тканью. Я просто не могла больше терпеть.

Сев, я начала лихорадочно расстёгивать остальную часть рубашки. Переходила от пуговицы к пуговице — мне медленно открывалась его грудь, и, хотя я представляла себе этот момент тысячу раз, никогда не ожидала такого. Я даже вообразить не могла, что голая грудь Престона будет выглядеть так, потому что никогда не видела ничего подобного.

Она была великолепной. Рельефной. Твёрдой и широкой. Я хотела облизать каждый её сантиметр. Так и сделала. Спустив рубашку с его плеч, я прижалась поцелуем к центру груди, проложила дорожку к прессу, исследуя руками все его жёсткие и мощные мышцы. Насладившись передней частью Престона, я обернула руки вокруг его талии и скользнула ими под пояс трусов, поглаживая фантастическую задницу. Он был прекрасен везде.

Я стащила его нижнее бельё вниз, и он поднялся на колени, позволяя тому упасть с бёдер. Когда его член наконец-то оказался на свободе, я, не теряя времени на восхищение, обхватила его рукой и начала скользить по нему вверх и вниз. Он был длинным, твёрдым, толстым и совершенным. Когда я погладила его, Престон, наклонившись к тумбочке, открыл ящик, доставая оттуда презерватив и вручая его мне.

— Надень его на меня, Лена, — сказал он низким голосом. Я взяла его, но не открыла. Просто посмотрела на него в руке, размышляя над своим следующим шагом. — Детка, — прошептал он, поворачивая моё лицо к себе.

— Я хочу чувствовать тебя, Престон, — мои слова были тихими и мягкими, и я не была уверена, что хотела, чтобы он услышал меня.

— Скажи мне, что тебе нужно.

— Не хочу, чтобы ты надевал это, — слова вырвались из меня. Немного помолчав, а затем глубоко вздохнув, я продолжила: — Я была лишь с одним человеком и принимаю противозачаточные уже десять лет, — закрыла глаза, думая о том, сколько раз хотела в прошлом бросить таблетки, но, слегка тряхнув головой, попыталась очистить свои мысли и сосредоточиться на руке, нежно ласкающей мою щёку. — Не желаю никакой преграды между нами, — выдохнула я.

— Ты мне доверяешь? — спросил он, его карие глаза были тёмными и глубокими.

— Да, — немедленно ответила я.

— Тогда ложись на спину, милая.