|
Как один из главных вояк семьи Хортовых, наверное, именно он должен был настаивать на объявлении императору полноценной войны. Но нет. Он предложил действовать комплексно. Террор? Отлично, но избирательный. Призыв на помощь союзников? Хорошо, но звать только тех, кому можно доверять. Давление на императора дипломатическими методами? Пойдет, ведь если не собираемся разрушать страну и уже в этом году сажать на московский трон нового правителя, договариваться все равно придется. Нанесение превентивных ударов по враждебным кланам? Одобряется, только бить надо максимально жестко и в средствах не стесняться, потому что победителей не судят, а Хортовы обязаны победить. И вот такое предложение, которое практически во всем совпадало с его замыслами, Максиму Петровичу уже пришлось по душе. Он его одобрил и другие сыновья, конечно же, тоже.
Отпустил своих старших детей глава клана только через пару часов. Но сам остался на месте и начал одного другим обзванивать старых друзей, на чью поддержку и реальную помощь мог рассчитывать. А тут как раз и Люда подоспела, принесла только что составленное досье на Вальдера. Так что Максиму Петровичу было, чем заняться.
* * * Мой вечер прошел отлично. Я ужинал в кругу семьи и рассказывал родственникам о житье-бытье в университете. Всем было интересно, как там и что, кого я встречал и что преподают учителя. Как ни крути, но это лучшее учебное заведение страны. А поскольку рассказать сестрам, братьям и матерям про истинные причины моего возвращения домой я не мог, то эту тему старался обходить, и родственники решили, что всему виной интриги. Типа, не любят семейство Хортовых в столице. На что я только пожимал плечами, а когда сводные братья настаивали, соглашался с ними. Да, нас в столицах не привечают. Вот потому я бросил МГУ и свалил на малую Родину. После ужина стали расходиться, и отец позвал меня в сад, где мы разместились в беседке и он поинтересовался: — Как прошла беседа с Максимом Петровичем? — Нормально, — ответил я. — Прадед сказал, что доволен мной и завтра я должен отправиться к Новочеркасскому порталу. Есть мнение, что Система не обратит внимания на казусы с перемещениями во времени и все-таки засчитает мне двадцатый уровень. Про парадокс с магическим источником я промолчал. Это как раз та самая тема, которую даже с родичами обсуждать не надо. Во избежание, так сказать… А батя задал новый вопрос: — Не боишься входить в Отстойник? Прежде, чем ответить, я немного подумал и ответил честно: — Волнение есть. Однако это не страх. Понимаю, что будет опасно. Но за все необходимо платить. Система дает силу и новые возможности. За это требует плату. Все честно. Ведь здесь, в нашем мире, так же. Не будешь трудиться, ничего не получишь. Не сможешь отстоять свое мнение, забьют и загонят под лавку. Не убьешь врага, он прикончит тебя и отнимет все, что ты нажил. — Это так, — согласился отец. — Но я, каждый раз входя в портал, трясусь от страха. Жуть, как страшно. Настолько, что приходится принимать таблетки. — Серьезно? — удивился я, поскольку раньше об этом мы никогда не говорили. — Да, — усмехнулся он. — Представь себе. У меня девятнадцать рейдов и тридцать четвертый уровень, а я до сих боюсь порталов. |
