Пожелав коллегам приятного аппетита, я получил приглашение присоединиться к позднему ужину и занял свободное место.

Тут же подскочил официант, и я сделал заказ: порцию жареных сосисок и кружку пива.

— Вальдер, — сказал мне Миша, — а ты, гляжу, в Отстойнике не проголодался.

Я пожал плечами:

— Так я ведь недолго там был. Всего четыре дня. Да и наедаться перед сном не хочу.

— Надо же, — удивился Халалеев, — это ведь твой первый рейд, если не ошибаюсь, и сразу на четверо суток. Да ты крут, парень. Держишься спокойно и не пустой из портала вышел. У тебя рюкзак от добычи за малым не лопался.

Действительно, в этом времени у меня первый рейд и с точки зрения опытных системщиков я вел себя странно. Слишком отстранен. Слишком флегматичен. Слишком уверенно держусь. А так быть не должно. Новичок после первого рейда просто обязан, вливая в себя водку и захлебываясь от впечатлений, начать повествование про свои подвиги в иной реальности, где он ведрами кровь проливал. Вот коллеги и ждут, когда меня пробьет на откровения. Но они не дождутся. У системщиков есть негласный свод правил, который сложился в последние сто лет. И Когут с Халалеевым его знают. Нельзя напрямую спрашивать, что добыл в Отстойнике, какой у другого системщика уровень и каким навыком он обладает. Это основное. Однако им все же интересно, как я сходил. А еще я молодой и неопытный, по их мнению. Поэтому, напившись огненной воды, могу случайно разболтать какой-нибудь секрет рода. Только хрен им. Ничего этого не будет. Я просто промолчал, и все попытки коллег втянуть меня в разговор закончились неудачей. После чего, когда мне принесли заказ, переглянувшись, они вернулись к теме, которую обсуждали до моего появления.

— И все-таки я считаю, что в этом году Дворянская Ассамблея южных регионов подаст императору предложение о титулах, а остальные аристо нашей необъятной родины его поддержат, — прожевав очередной бутерброд с черной икоркой, сказал Миша. Сто процентов, если все вместе к императору обратимся, так и будет. Если он бояр возродил, то пускай и про нас не забывает.

— Что, не терпится стать бароном? — усмехнулся Костя.

— Да, не терпится, — Когут слегка выпятил грудь. — А ты что, не хочешь стать бароном? Ты только вслушайся — барон Халалеев… Ведь звучит?

— Главное быть, а не казаться, — равнодушно ответил Халалеев. — Мне этот титул ничего не прибавит. Карман не наполнит и уровень не поднимет. Поэтому мне все равно

— Вот из-за таких равнодушных мы до сих пор простые аристократы без титула! — возмутился Миша. — То ли дело просвещенная Европа…

— Плевать на Европу, — прервал его Костя. — И с чего это она просвещенная? Маленькие дикие страны, которые утратили свои этнические и культурные особенности. Начитался старых книг и журналов, вот и говоришь ерунду. Ты можешь на меня обижаться, Миха, но я говорю, как есть. Там от былого остались только названия.