Глава 44

Сара и Дэзире валялись на диване, Нэд сидел за компьютером и бурчал себе под нос — он занимался счетами.

Торт был уже съеден, даже Тыковке достался кусочек с сахарной глазурью, персонально от Сары. Пес лежал на полу, свернувшись калачиком, лапы его подергивались во сне.

— Я так счастлива, что ты захотела остаться у нас, Сара, — сказала Дэзире.

Сара взглянула на свою приемную маму. Дэзире выглядела по-настоящему счастливой. Намного счастливее, чем когда-либо. Это наполнило сердце Сары радостью. «Я нужна! Нет, более того — необходима! Необходима Дэзире и Нэду. Я могу сделать их жизнь полноценной». Осознание заполнило пустоту в ее душе, бездонную пропасть, в которой царили боль и мрак.

— Так я и пожелала, — сказала Сара.

— Что ты имеешь в виду?

— Я загадала остаться с вами навсегда, перед тем как задуть свечи.

Брови Дэзире удивленно приподнялись.

— Вот это да! Чудеса!

Сара улыбнулась:

— Как в волшебной сказке!

— Обожаю волшебные сказки! — кивнула Дэзире.

— Дэзире? — с трудом произнесла Сара, уставившись в пол.

— Что такое, малышка?

— Я… правда, странно, что это заставляет меня еще больше скучать по маме и папе. Я имею в виду… я счастлива, что вы меня удочерили. Так почему мне грустно?

Дэзире вздохнула и погладила Сару по щеке.

— О, малышка… Мне кажется… — Задумавшись, Дэзире помолчала. — Наверное, потому что мы — не они. Я имею в виду… мы любим тебя, ты дала нам возможность вновь почувствовать себя настоящей семьей, но мы не сможем заменить твоих родителей. Они навсегда останутся в твоем сердце. Верно?

— Да, конечно. — Сара пытливо взглянула на Дэзире: — А тебе тоже становится грустно? Ну… когда ты вспоминаешь о своей малышке?

— Немного. Но обычно воспоминания приносят мне счастье.

Сара задумалась.

— И мне тоже, — сказала она и придвинулась поближе, прижалась к своей новой маме. Они включили телевизор, вскоре к ним присоединился Нэд. Все трое смеялись, хотя в передачах подчас ничего смешного не было. Сара вновь погрузилась в легкую, непринужденную атмосферу. Домашнюю атмосферу.

— Здесь? — спросил Нэд.

Сара кивнула:

— Да, да, здесь.

Нэд вбил в стену гвоздь и повесил картину, затем отступил на шаг и бросил на нее критический взгляд.

— Вроде ровно.

Картину разместили напротив кровати, так же как в старой спальне Сары. И Сара не могла отвести от нее глаз.

— Твоя мама была талантливой художницей. Это очень красиво!

— Раньше мама на каждый мой день рождения писала для меня картину. А эта — моя любимая. Спасибо, что помог мне ее вернуть.

Нэд улыбнулся и отвел глаза. Он смущался, когда его хвалили. Но Сара видела, что он очень доволен.

— Пожалуйста. Хотя на самом деле благодари Кэтти. — Он нахмурился и, кашлянув, произнес: — И… э-э… спасибо… ну, ты понимаешь… что позволила нам тебя удочерить. — Он взглянул Саре в глаза: — Я хочу, чтобы ты знала: мы оба этого хотели. Твое присутствие в нашем доме важно и для меня, и для Дэзире.

Сара внимательно смотрела на неухоженного и добросердечного водителя грузовика. Она знала, он толком не умеет выражать нежные чувства. Она также знала, что может быть в нем абсолютно уверена.