— По-моему, ты здорово придумала!

Бонни засияла от счастья, и я стала потихоньку оттаивать. Показав на телевизор, она вопросительно взглянула на меня. Бонни обожала мультики. «Хочешь посмотреть со мной?» — спрашивали ее глаза.

— Ну конечно!

Я раскрыла объятия, и девочка прильнула ко мне. Мы стали смотреть телевизор, и я, проникаясь ее теплом, надеялась изгнать из своей души надоевший дождь. «Кактус так кактус, — подумала я. — Да здравствует солнце!»

Глава 47

Утром я пыталась успокоить Сару. При встрече с Элайной ее охватила новая волна страха и тревоги. Сара даже попятилась к двери.

— Нет, — сказала она, и в ее широко раскрытых глазах засверкали нерастраченные слезы. — Нет, ничего не выйдет. Только не здесь.

Я догадалась, что с ней происходит. Сара сразу же почувствовала доброту Элайны и увидела в ней Дэзире и свою маму.

— Сара, милая, — успокаивающе сказала я.

Она не сводила с Элайны глаз.

— Ни за что! Только не она!

Не обращая внимания на меня, Элайна шагнула вперед. Сострадание и боль отразились на ее лице.

— Сара, — сказала она нежным и очень ласковым голосом, — я хочу, чтобы ты жила здесь. Ты слышишь меня? Я знаю, как это опасно, но я хочу, чтобы ты жила с нами.

Сара безмолвно смотрела на Элайну и мотала головой.

Элайна показала на свою лысую голову:

— Посмотри-ка сюда. Это — рак. Я его победила. А знаешь, что еще? Шесть месяцев назад здесь появился человек, который схватил меня и Бонни. Он хотел нас убить. Но мы победили его, — сказала она и показала на всех нас: на себя, на меня и на Алана с Бонни. — Мы победили его все вместе.

— Не-е-е-т, — застонала Сара.

Теперь уже Бонни шагнула вперед. Она взглянула мне в глаза и показала на себя. Я нахмурилась, пытаясь понять. Бонни вновь показала на себя, а затем на Сару. Мы все стояли как вкопанные, глядя на нее. А через несколько минут до меня дошло.

— Ты хочешь, чтобы я рассказала ей о тебе?

Бонни кивнула.

— Ты уверена?

Она еще раз кивнула.

Я повернулась к Саре:

— Энни, мама Бонни, была моей лучшей подругой. И человек, который позже покушался на жизнь Элайны и Бонни, убил ее. Затем он привязал Бонни к трупу ее мамы. Я нашла их лишь через три дня.

Теперь Сара смотрела на Бонни.

— И знаешь, где он теперь? — спросил Алан. — Он мертв. А мы все еще здесь. Нам приходилось бывать и не в таких переделках. Так что о нас ты не беспокойся, позволь нам побеспокоиться о тебе. Это мой дом, и я тоже хочу, чтобы ты здесь жила.

Сара колебалась, но я чувствовала: она хочет остаться. Бонни первая разбила лед отчуждения. Она подошла к Саре и взяла ее за руку. Мы замерли в ожидании.

Сара опустила плечи. Она не могла говорить, лишь кивнула. Совсем как Бонни, подумала я. И тут же моя приемная доченька посмотрела мне в глаза и грустно улыбнулась.

— Эй, а обо мне вы забыли? — заявила Кирби — она и так уже слишком долго молчала. — Я здесь и готова расправиться хоть с медведем! — Кирби широко улыбнулась, продемонстрировав белоснежные зубы, а ее хищные глаза засверкали. — А если этот придурок появится, значит, он действительно придурок!

Свежезаваренного кофе в это утро не предвиделось, но по крайней мере хоть дождь перестал. Мои коллеги вновь собрались в приемной. Видок у всех был тот еще, куда вчерашняя бодрость девалась. Даже Келли не шутила.

В дверях возник заместитель директора Джонс с пластиковым стаканом с кофе.