Убийство принесло ему сексуальное возбуждение, но нет очевидных доказательств того, что он надругался над трупами или над Сарой, и она это подтверждает.

«Конечно, — подумалось мне, — ведь могло быть и так, что скальпель послужил убийце вместо члена. Само вскрытие тел для него уже могло быть сексуальным актом».

Религиозный подтекст. Он что, получил приказ от Бога?

Под «Описанием» я добавила:

Белый или выглядит белым.

Приблизительно шесть футов ростом.

Сбривает все волосы на теле.

В превосходной физической форме, накачанный. У него «безупречная фигура». Он активно работает над этим (страдает нарциссизмом).

Приметы: татуировка на правом бедре — ангел с пламенным мечом. Убийца мог нарисовать его сам.

Я добавила примечание, которое касалось программы, найденной в домашнем компьютере Майкла Кингсли. Если программа установлена преступником, это указывает на его техническую осведомленность и даже эрудицию или на доступ к специалистам-компьютерщикам.

Я задумалась о татуировке. «Она символизирует действия преступника — или является воплощением его самого? Он кажется вполне вменяемым, раз смог организовать подобное убийство, однако кровавые рисунки на стенах говорят о безумии, и подобная странность сбивает меня с толку». Может, он только в начале психического обострения, вызванного декомпенсацией, то есть недостаточностью защитных механизмов?

Декомпенсация, если в двух словах, — это переход из уравновешенного состояния психики в неуравновешенное. Она не является проблемой всех серийных убийц поголовно, хотя достаточно распространена.

Тэд Банди, например, многие годы был очень осторожным, искусным, да просто гениальным убийцей. Однако к концу своей «карьеры» он потерял контроль над собой. В результате Банди поймали.

Вот что сказал мне однажды по этому поводу доктор Чайлд, один из уникальных специалистов-консультантов, которых я действительно уважаю:

— Я считаю, что все маньяки и серийные убийцы в какой-то степени душевно больны. Я не говорю о юридическом определении безумия. Я полагаю, что психически здоровая личность не может получать удовольствие от убийства человеческого существа.

— Я вас полностью поддерживаю, — ответила я тогда. — Виновен, потому что психически ненормален, если можно так выразиться.

— Вот именно. Серийное убийство представляет собой деяние, которое преступник обречен совершать на протяжении жизни, в результате перенесенного стресса; деяние, которое, в свою очередь, провоцирует и все последующие стрессы. Это говорит о паранойе, о навязчивой идее — наиболее важном факторе, который человек уже не в состоянии взять под контроль. Невзирая на возможные последствия, даже на вероятность поимки, преступник просто не в состоянии остановиться. Неспособность остановиться, даже когда знаешь, что твои поступки принесут вред тебе самому, — это форма психоза, верно?

— Безусловно.

— Вот почему мы встречаем так много случаев декомпенсации у большинства серийных убийц, будь они организованными, дезорганизованными или теми, кто между. Совокупность внутреннего, внешнего, воображаемого и действительного напряжения формирует и в конечном счете разрушает уже поврежденное сознание. — Чайлд улыбнулся далеко не веселой улыбкой. — Думаю, вышеупомянутый навязчивый психоз в зачаточном состоянии сидит в каждом из них и только ждет своего часа. Достаточно стрессовой ситуации — и он вырвется наружу. — Чайлд вздохнул. — Самое главное, Смоуки, остерегайся попыток мерить этих извергов одной меркой.