А иначе как мог Сеитов собрать такую свору "торпед"? И главное – зачем? Для слежки вполне достаточно людишек попроще и понеприметней. Таких "серых мышек" вполне достаточно в любой резидентуре.

На худой конец можно подключить и местную полицию, всего лишь нужно хорошо заплатить. Шабашка. Найти удобоваримое объяснение раз плюнуть, а денежки не пахнут, тем более те, о которых не знает налоговое ведомство. Но если след взяли ликвидаторы ГРУ…

Напрашивалось лишь одно толкование: они точно знают, с кем им придется схлестнуться, – "борзых" подарком никак не назовешь. Неужто и мое имечко высветилось?

Впрочем, вряд ли. Иначе "торпеды" меня сразу вычислили бы в кабаке, у них память на приметы как у фантастических киберов.

По себе знаю – едва в поле зрения попадает подозрительный человек, как сразу автоматически срабатывает внутренний классификатор: глаза… уши… нос… цвет волос… лицо – овальное, круглое, квадратное… рост… походка… особые приметы… и тэдэ и тэпэ.

А затем "мини-компьютер" в башке начинает свою бесконечную размотку, сравнивая ничего не подозревающего индивидуума с банком данных управления, где собрана картотека на коллег по профессии из всех стран мира.

Иногда мне приходилось ловить себя на том, что и в постели с какой-нибудь кошечкой я – даже во время, так сказать, процесса! – мысленно фильтрую ее внешность до полного осадка. Профессиональная шизофрения в чистом виде…

– Да, – спохватился я, – совсем из головы вылетело. Как закончилась эпопея на теплоходе?

– У-у… – Акула закатил глаза под лоб. – Эт-то было зрелище… "Ниндзя" вначале замочили братву твоего Львовича и "щитомордников", хотя те и пытались брыкаться. Но куда им… А затем бросились искать Муху. И нашли пустую каюту.

– Если не считать Клавки…

– Ага! – радостно осклабился он. – Похоже, она сплясала им канкан в голом виде. После общения с нею "ниндзя" вообще потеряли головы. А Клавка в полной заморочке гуляла по палубе, и из одежды при ней был только лифчик, и тот она держала в руках.

– Картина Гойи "Обнаженная маха", – заржал и я, представив розовые телеса буфетчицы на фоне мрачных морд коммандос.

Мне показалось, что Акула замялся.

– А вы где были? – спросил я своего бывшего сержанта.

– Как ты и приказал, разбежались по норкам. Кроме тех, кто пытался преградить им путь к каюте Мухи, они никого из пассажиров не тронули. С капитаном и командой вели себя вежливо, но судно обыскали от носа до кормы. Но я не думаю, что "ниндзя" надеялись найти Муху – о пропаже катера им стало известно, едва они разбудили Клавку. А потому искали больше по профессиональной привычке доводить любое дело до закономерного конца и чтобы просто убить время, пока не подойдет новый катер.

– Акула, скажи – только честно! – что ты делал?

– Старлей, дело прошлое… – Мой бывший сержант был сама невинность.

– Сукин ты сын… – И я выматерился. – Понадейся на твое здравомыслие.

– А чего он… гад, ввалился в каюту, как пьяный матрос в бордель! И все шарит, щупает…

– Ну, ты его и…

– Понимаешь, просто на дух не переношу, когда мне под ребра ствол тычут.

– И куда ты его девал?

– В иллюминатор. Он оказался как глист, а потому проблем с зачисткой не было.

– Мудозвон ты, Акулькин. В Афгане я тебя, паразита, в зиндан на неделю посадил бы на воду и хлеб. Ты понимаешь, что из-за тебя могли всех твоих ребят на кукан нанизать? Будь у "ниндзя" больше времени, они разобрались бы, куда девался их товарищ, можешь не сомневаться.