— Это легко можно устроить. Я нашла много желающих понянчить нашего ребенка, — она игриво ущипнула Ранда за ухо. — А кроме этого?

— Кроме этого я ничего не стал бы менять в нашей жизни.

Лианна не рискнула расспрашивать мужа дальше. Вздохнув, она принялась осыпать горячими поцелуями его грудь, плечи, шею. Сегодня он принадлежит только ей, а не королю Генриху. Когда же настанет время решающего выбора, Лианна надеялась, что Ранд предпочтет ее.

* * *

Огромная луна освещала им путь к замку. Слушая пение соловья, уханье филина, Лианна и Ранд медленно ехали под толстыми ветвями гигантских вековых дубов, мимо плакучих ив. Река мирно несла свои воды, и Лианна впервые забыла свой ужас перед водой и спокойно переехала мост. Любовь Ранда защищала ее от страхов и сомнений. Подумав об этом, она благодарно улыбнулась мужу, чувствуя себя сейчас такой спокойной, умиротворенной, что это даже немного пугало ее.

В зале царило веселое оживление. Лианна быстро обвела всех внимательным взглядом, но Маси не оказалось среди присутствующих. «Конечно же, — успокоила себя Лианна. — Она сидит с Эймери в детской».

Стоя в шумном окружении французов и англичан, которые наперебой высказывали свои пожелания, Джек и Бонни принимали поздравления. Звучали тосты, приветственно поднимались кубки с вином. Пылающие щеки Бонни и широкая гордая улыбка Джека свидетельствовали об их огромной радости.

Ранд взял руку Лианны в свою.

— Прекрасная пара, — сказал он. — Хотя я никак не мог предположить, что французская девушка сумеет обуздать моего Джека, — Ранд засмеялся. — И, конечно же, я никогда не думал, что француженка похитит мое сердце.

Лианна опять подумала о неизвестной Джас-тин, но тут же поспешно прогнала от себя эту мысль.

— Ты не хочешь чего-нибудь поесть?

Он посмотрел на Бонни и Джека.

— Пусть веселятся, не будем отнимать у них эту радость.

Помахав счастливой паре, они вышли из зала и стали подниматься наверх по широкой каменной лестнице.

— Это первая ночь, когда я сама не укладывала Эймери спать, — сказала Лианна.

Супруги вместе вошли в маленькую детскую комнату, которая соединялась со спальней Лианны. В комнате было тихо, огонь в камине оказался потушен.

Лианна почувствовала смутное беспокойство. Неужели Маси не знает, что должна находиться возле Эймери? Ведь если он заплачет, то внизу никто не услышит этого из-за шума веселой пирушки.

В висках у Лианны стучала кровь. Взглянув на Ранда, она увидела, как напряглось его лицо. Обойдя залитое лунным светом большое кожаное кресло, они осторожно приблизились к колыбели. Лианна откинула покрывало и наклонилась, ожидая увидеть сына.

Колыбель была пуста.

— Нет, — простонала Лианна. — Прошу тебя, Господи, нет!

Она взяла из колыбели детское одеяльце и зарылась в него лицом, вдыхая нежный аромат Эймери. Потом Лианна с надеждой взглянула на мужа.

— Может быть, он капризничал… Может быть, Маси взяла его к себе…

С застывшим как маска лицом, не в силах вымолвить ни единого слова, Ранд повел ее в комнату Маси. По мере того как они приближались к двери, Лианну все сильнее охватывал страх. Ранд вошел первым и… Лианна ахнула, судорожно стиснув похолодевшими пальцами мягкое шерстяное одеяльце Эймери: в комнате было пусто и холодно, на кровати никто не спал.

Ужас проник в ее сердце.

— Господи Иисусе!

Ранд, словно очнувшись ото сна, бросился вон из комнаты.

— Мы должны немедленно поднять всех на ноги!

Страх и тревога за ребенка росли в них с каждой минутой.