|
Годы страсти, годы спора Пронеслися вдруг, И пустынного простора Он почуял дух. Слез с коня, оборотился К отрокам спиной, Снял кафтан, перекрестился – И махнул рукой.
<<1843 >>
ГРЕЦИЯ
Там, под оливами, близ шумного каскада, Где сочная трава унизана росой, Где радостно кричит веселая цикада И роза южная гордится красотой,
Где храм оставленный подъял свой купол белый И по колоннам вверх кудрявый плющ бежит, – Мне грустно: мир богов, теперь осиротелый, Рука невежества забвением клеймит.
Вотще… В полно?чь, как соловей восточный Свистал, а я бродил незримый за стеной, Я видел: грации сбирались в час урочный В былой приют заросшею тропой.
Но в плясках ветреных богини не блистали Молочной пеной форм при золотой луне; Нет, – ставши в тесный круг, красавицы шептали… «Эллада!» – слышалось мне часто в тишине.
<<1840 >>
* * *
<<…>> Говорите что хотите, а ум, выплывающий на поверхность, – враг простоты и с тем тихого художественного созерцания. Если мне кто скажет, что он в Гомере или Шекспире заподозрил ум , я только скажу, что он их не понял. Черт их знает, может быть, они были кретины, но от них сладко – мир, в который они вводят, действительный, узнаешь и человека и природу – но все это как видение высоко недосягаемо, на светлых облаках. Книга давно закрыта, уже давно пишешь вечерний счет и толкуешь с поваром, а на устах змеится улыбка, как воспоминание чего-то хорошего. <<…>>
А. А. Фет. Из письма И. С. Тургеневу
20 января 1858 г.
ВАКХАНКА
Под тенью сладостной полуденного сада, В широколиственном венке из винограда И влаги вакховой томительной полна, Чтоб дух перевести, замедлилась она. Закинув голову, с улыбкой опьяненья, Прохладного она искала дуновенья, Как будто волосы уж начинали жечь Горячим золотом ей розы пышных плеч. |
