«В этих широтах трупы хорошо сохраняются», — сказал сегодня ночью Боб. «Пока он шутит, жить можно», — решил Лесли.

Вернувшись к самолету, он поднялся по лестнице и перед тем, как войти внутрь, бросил прощальный взгляд на ярко — оранжевый посадочный знак, удивившись тому, как меняются здесь краски. Своей работой он остался доволен.

Когда капитан показал Хестеру подстреленную птицу, тот воскликнул:

— Боже мой, это же полярная сова!

— Не может быть!

— Да, это самая настоящая полярная сова, а она, как известно, птица материковая, — настаивал штабс — сержант. — Так далеко в открытое море она никогда не залетает, боясь остаться без пищи.

— А вот эта отважилась, — проговорил Лесли, бросая птицу к ногам. — Думаю, вы ее недооценили.

— Четыреста миль сове не одолеть…

— Что сообщают с базы? — перебил штабс — сержанта Лесли, в душе которого родилось горькое чувство одиночества. Правда, с ним было двое коллег, но один из них болен, а другой не отличается особым умом.

— Пять самолетов уже находятся в квадрате поисков.

— Пять? — удивился капитан, а сам подумал: «Если бы у нас на борту не было секретных приборов и мы не взяли бы пробы, нас в лучшем случае разыскивали бы два самолета».

— Так точно. Согласно инструкции час назад я радировал им на волне сто двенадцать девять десятых мегагерц. Ответа пока не получил, — доложил Хестер, не спуская глаз с совы, лежавшей у ног Лесли.

В хвостовом отсеке беспокойно ворочался в спальном мешке лейтенант Харрис. Его воспаленные глаза лихорадочно блестели, всегда тщательно причесанные волосы были взлохмачены, щеки не бриты.

— Они ищут нас в четырехстах милях от острова Котельный, не так ли? — спросил он. — Но так далеко, Джим, их «птички» не долетят.

Под вечер на базу Айси кейп прибыл из оперативного штаба Аляски майор Алберти. Никто не знал, какую должность занимает он в штабе и с какой целью его сюда прислали. Он прилетел на почтовом самолете и сразу явился к начальнику базы для доклада. Полковник Рид принял его незамедлительно.

— Вы располагаете новыми сведениями о «Сне дьявола»? — осведомился приятным голосом майор Алберти, корректный худощавый мужчина благообразного вида с вежливыми манерами. Его длинные руки ни на секунду не оставались в покое, он постоянно старался подкреплять сказанное жестами.

— Все пять поисковых машин возвращаются на базу, — ответил майору Рид. — Они ничего не обнаружили. Следующая пятерка стартует в двадцать один ноль — ноль.

Майор Алберти понимающе кивнул и, немного помолчав, сказал:

— Это — то нас и пугает. — Бросив беглый взгляд на полковника, он продолжал: — Командование ПВО в моем лице просит вас действовать крайне осторожно. Оно считает, что в настоящее время нецелесообразно посылать столь большое число реактивных машин в район, прилегающий к побережью Сибири. Русские могут принять их за бомбардировщики, способные нести на борту атомное оружие, и расценить это как своеобразную демонстрацию нашей силы, что повлечет нежелательные инциденты. По целому ряду причин развитие событий в таком направлении для нас нежелательно.

Полковник Рид возразил, что необходимо во что бы то ни стало спасти летчиков. Он сослался на директиву генерала Тейлора и на один из параграфов резолюции, выработанной комиссией по атомной энергии. При этом он подчеркнул, что результаты сделанных экипажем замеров атмосферного воздуха могут иметь решающее значение для работы этой комиссии.