Заведующий критическим отделом Джо Хаулетт страдал от насморка, вызванного резкими ветрами, которые часто дуют в городе осенью. Он говорил в нос, и от этого начинающий критик чувствовал себя особенно неуютно. Ему вдруг начало казаться, что он тоже ненароком простыл и у него вот-вот начнется насморк. Возникло ощущение неуверенности, которое усилилось, когда Джо дочитал его критическое исследование и заговорил:

- Во-первых, молодой человек, читатель может и не знать, что автора книги зовут Кингсли Эмис, ведь она вышла под его псевдонимом - Роберт Маркхэм. Вы же об этом скромно умалчиваете...

Неду захотелось кричать от досады - до чего сильны его "детские" привычки!

- Во-вторых, - гундосил между тем Джо Хаулетт, - книга издана больше года назад, и уважающий себя критик, даже начинающий, - он шутливо поклонился в сторону Неда, - обязан был с ней познакомиться сразу.

Джо сделал паузу, чтобы высморкаться в платок.

- В-третьих, рецензии на нее уже были напечатаны, так что вы явно опоздали. Наконец, в-четвертых, невозможно стать профессиональным критиком, прочитав одну-единственную книгу и оперируя только ее содержанием. В противном случае вы непременно упомянули бы имя Иэна Флеминга, породившего агента 007, и напомнили бы читателю, что Эмис здесь выступает как подражатель или, выражаясь научно, мистификатор. А известно ли вам, что Флеминг умер в 1964 году, а Эмис "подхватил эстафету" сразу же, так что уже в 1965 году вышло его "Досье Джеймса Бонда"?

Нед пытался что-то возразить, сказать в оправдание, что прочел уже немало, однако Джо немигающим взглядом заставил его замолчать.

- Критик обязан читать все, значительное и малозначительное, что составляет сферу его интересов. Существует презумпция того, что к моменту, когда он отважился назвать себя критиком, он прочел все, что было до этого дня написано человечеством, точнее теми, кто грамотен и талантлив.

Нед снова раскрыл рот, пытаясь что-то сказать, но редактор критического отдела продолжал:

- Вы, разумеется, понимаете, что я преувеличиваю, но только самую малость. Научитесь не отставать от других - и вы станете рядовым критиком. Если же вам удастся опередить их - вы будете ведущим, вне конкуренции. Возможно даже, вам посчастливится показать, что вы - гений, - хихикнул Джо. - А теперь берите свой опус и не появляйтесь до тех пор, пока не почувствуете, что у вас хватает на это смелости...

Урок, преподанный Неду в редакции "Литерари игземинер", вначале вызвал у него нечто вроде шока. Он вышел на Бродвей и поплелся в сторону Сентрал-парка, почти ничего не замечая по сторонам. Возле кинотеатра на Таймс-сквер к нему подошел невзрачного вида зазывала с намерением сунуть ему в руку зеленый листок с адресом какого-то притона. Нед отвернулся, а зазывала крикнул ему вслед что-то грубое. Напротив дорогого отеля с мраморными ступенями у входа Нед едва не столкнулся с немолодой, изысканно одетой дамой, которая рассматривала на тротуаре обозначенную золотой полоской "линию собственности".

Он спустился в метро под отелем "Веллингтон", не доходя до знаменитого концертного зала "Карнеги-холл", и отправился к себе на 92-ю улицу. По ошибке сел в поезд "экспресс", проскакивавший по нескольку станций кряду, и вышел на платформе 125-й улицы. Здесь над головой у него была граница Сентрал-парка и Гарлема. Нед перешел на противоположную платформу, однако снова сел не в тот поезд. Доехал до ближайшей к его дому станции по другой линии, и оттуда еще минут пятнадцать шел пешком.

Прочесть все то, что написано человечеством до сих пор... Кому такое под силу? Никто не отваживается даже приблизительно подсчитать объем написанного.