Потом наступает нервирующая тишина. Нарушается она спустя десять минут, когда на связи снова появляется Вихров. Прежде чем ответить, проверяю список участников группы. Пилот там присутствует. И он уже «эволюционист» восьмого ранга. За один вылет — больше четырёхсот баллов. Такими темпами, пустив в дело ещё сто сорок крылатых ракет, он вполне может обогнать меня самого.

Пока озвучиваю ему приказ находиться в режиме ожидания, держа самолёт поблизости. Судя по сообщениям от офицера связи, в Сызрани противник приступил к перегруппировке. На полуострове, ни один из гарнизонов пока не докладывал о контакте с вражескими отрядами. Конечно, можно поискать их в лесном массиве, используя возможности бомбардировщика. Но всё-таки он не слишком приспособлен для поиска и уничтожения живой силы противника на малой высоте. К тому же, чем ниже он спускается, тем более уязвимым становится. В наличие у противника ПЗРК не верится. А из РПГ попасть в движущийся самолёт нереально. Но всякое бывает. Лучше не рисковать нашим основным преимуществом.

В ожидании проходит около получаса. По сообщениям офицера связи, сызранцы пробуют перейти в контрнаступление, но их отряды быстро шинкуются на части, группами появляющихся «зомби», которые после завершения боя, моментально скрываются среди зданий, укрываясь. Тактика неплохая. Но не учитывает наличия у нас большого объёма ракет. При необходимости, мы можем ровнять с землёй квартал за кварталом, уничтожая там всё живое. Но это, если такая надобность возникнет. А пока я держу бомбардировщик в воздухе и жду, пока «шаман» как-то проявит свои намерения.

Противник объявляется ещё через полчаса, когда напряжение в воздухе становится таким, что кажется ещё чуть и солдаты начнут палить по лесу вхолостую, лишь бы обеспечить себе психологическую разрядку. Впрочем, они и так обрушивают на деревья стену огня, как только со стороны опушки звучат автоматные очереди. Особенно стараются бойцы из батальонов гражданской обороны, бьющие частыми короткими очередями, стремительно опустошая магазины.

Комбат рявкает в рацию, после чего на позициях слышатся крики ротных и взводных, в непечатной форме требующих от бойцов сбавить энтузиазм. Когда шквал стрельбы затихает, получается оценить численность противника — около пятидесяти стрелков, ведущих огонь со стороны леса. Слышу приказ командира второго батальона об уничтожении противника огнём тяжёлого вооружения и снайперов. Одобрительно киваю. Расчёты пулемётов и станковых гранатомётов выбьют их куда эффективнее, чем автоматный огонь. Не говоря уже о снайперах с крупным калибром, которых у нас хватает.

Сам же, перемещаюсь на переднюю линию укреплений, всматриваясь в опушку. Не сами же по себе, эти парни решили нас атаковать. Если засветились они, то сейчас должны появиться и мутанты. Спустя секунд десять, из под деревьев, действительно начинают высыпать «зомби». Берусь за радиостанцию, приказывая Вихрову нанести удар по лесу перед нашими позициями. Не совсем вплотную к нам, а глубже, где по идее, должны располагаться их резервы и командование. Управляющий тварями «шаман», однозначно находится где-то поблизости.

Снова переключаю своё внимание на толпу мутантов, которые ломятся вперёд, попадая под плотный огонь наших бойцов. Основная масса — изменённые люди. Хотя, во второй линии вижу уродливых свиней, стремительно мчащихся вперёд. Не меньше полусотни штук. Но с этим, мы тоже сталкивались. Учитывая насыщенность линии обороны пулемётами, они не смогут подойти близко. Пытаюсь понять, в чём тут подвох, когда вижу, как с одной из «зомбо-свиней» спрыгивает несколько существ помельче.