Теперь задумываюсь на более длительный промежуток времени. Что предлагает «ушастый», вполне понятно. Любой из местных лидеров, два раза подумает, прежде чем связываться с мутантами, в союзниках которых находятся парни, располагающие военными самолётами. Но если для «вислоухих» это плюс, то вот мы, наоборот попадаем под раздачу. Во-первых, если кто-то всё-таки рискнёт атаковать, то мы окажемся на прицеле, вместе с мутантами. Потому как, единственный способ не допустить подъема в воздух летательных аппаратов — это нанести превентивный наземный удар, установив контроль над базой. А в нашем случае, противнику будет достаточно прорваться к точке, откуда простреливается взлётная полоса, чтобы нивелировать наше преимущество.

Во-вторых, мы моментально станем весьма «токсичными» для всех местных группировок. Не каждый лидер захочет сотрудничать со структурой, которая ведёт дела с мутантами. В первую очередь по причине того, что это станет отличным поводом для его смещения.

В-третьих, далеко не факт, что всем нашим людям понравится такая перспектива. Мирное сосуществование с мутантами — это одно. Для гражданского населения, это скорее плюс и показатель силы. А вот выступать в качестве союзников этих же созданий — совсем другое.

Прокрутив всё это в голове, задаю вполне очевидный вопрос.

— Что с этого получим мы? Ты же понимаешь, что при таком раскладе, наша группа в Самаре попадёт под удар вместе с вами.

Насколько я понимаю, эта громадная орясина сейчас пытается сделать кивок своим треугольным черепом. После чего отвечает.

— Насколько я заметил, вас не так много. Есть много техники и вооружения, но мало людей. Мы могли бы взять на себя патрулирование внешнего периметра обороны. Ты видел «лардов» в деле и понимаешь на что мы способны. Плюс, мы можем помочь и в иных местах, если вам потребуется поддержка. Ведь, как я понимаю, ваша основная база совсем не в Самаре. «Ларды» умеют быть благодарными. А предателей среди новорождённых «кровных воинов» не встречается. Так что ты можешь быть уверен в нашей пехоте на все сто процентов.

Обдумываю его предложение. Возможности мутантов я действительно видел. И представляю, что может натворить группа из пары десятков таких бойцов, особенно если их хорошо вооружить. Практически идеальные штурмовики или разведка. Опять же, вероятность предательства с их стороны невелика. Ударят в спину нам и на них сразу же обрушатся все остальные группировки Самары, что ничем хорошим для мутантов не закончится. Какими бы быстрыми «вислоухие» не были, люди возьмут числом.

Переглядываюсь с Данилом, который едва заметно пожимает плечами. Снова поворачиваюсь к лидеру мутантов, озвучивая свой ответ.

— Мы согласны прибыть на встречу и обозначить свою позицию всем остальным её участникам. Но предупрежу сразу, если дело запахнёт жареным, то я не могу ничего гарантировать. Если же всё пройдёт удачно, то мне потребуется тридцать ваших бойцов для патрулирования периметра. Если нам понадобится поддержка где-то в другом месте — вы сразу же выделите максимально возможный по численности отряд. Плюс, в случае атаки на нас, вы точно так же придёте на помощь. И поделитесь всей имеющейся информацией об известных населённых пунктах региона и группировках в них.

Какое-то время он размышляет, после чего снова кивает.

— Твои условия выглядят справедливыми, человек. Встреча состоится через час. Недалеко от нашей границы. С собой можно взять ещё двоих человек. Я предупрежу всех иных участников о присутствии лидера группировки из аэропорта.

Собственно на этом мы и заканчиваем основную часть разговора. Ещё пару минут беседуем, проговаривая технические моменты, после чего договариваемся выйти на связь минут за десять до времени встречи, чтобы выдвинуться на неё вместе.