Loading...
Изменить размер шрифта - +

Где‑то поблизости находилась река, которую я слышал не громче голубей, и она звучала так, словно текущая вода сама по себе была плохо слышима. Будучи в каком‑то полузабытье, я ухватил и с грохотом открыл древний запор, после чего решил без обиняков проверить большую шестипанельную дверь. Она оказалась незапертой изнутри, как я обнаружил через мгновение; и хотя она застревала и скрипела на петлях, я начал открывать ее, протиснувшись в обширный темный холл.

Но в момент, когда я сделал первый шаг, я уже сожалел об этом. Не потому, что целый легион каких‑то сияний предстал перед моим взором в этом тусклом пыльном зале с подобной призракам мебелью времен Империи; но потому, что я внезапно осознал, что это место отнюдь не было необитаемым. Со ступеней большой искривленной лестнице донеслись скрип медленно затихавших неверных человеческих шагов. Затем я увидел высокую сгорбленную фигуру, вырисовавшуюся на миг напротив большого палладийского окна на лестничной площадке.

Мой первый приступ страха скоро прошел, и когда фигура появилась на самом нижнем марше лестницы, я был готов приветствовать домовладельца, в чью собственность вторгся. В полутемноте я мог видеть, как он роется в кармане в поисках спичек. Затем последовала вспышка, и засветилась маленькая керосиновая лампа, которая стояла на хилом столике возле подножья лестницы. В слабом мерцании показался очень высокий, сутулый, изнуренный старик, очень небрежно одетый и небритый; однако в его лице явственно проглядывалось характерное выражение джентльмена.

Я не стал дожидаться, когда он заговорит, и сразу начал объяснять свое присутствие здесь.

«Вы простите мне подобное появление, но когда никто не отреагировал на мой стук, я заключил, что здесь нет жильцов. Первоначально я хотел узнать правильный путь к мысу Жирардо — самый короткий путь. Я хотел добраться туда до наступления темноты, но теперь, конечно…»

Поскольку я сделал паузу, человек заговорил; и по весьма культурной манере, которая ожидалась мной, а также по выраженному произношению, в нем отчетливо угадывался южанин, вполне соответствующий стилю дома, в котором он проживал.

«Довольно, вы должны извинить меня за то, что я быстро не ответил на ваш стук. Я живу очень уединенно и обычно не ожидаю визитеров. Сначала я подумал, что вы просто какой‑то любопытствующий бродяга. Затем, когда вы стучали снова, я решил подойти к двери, но я не очень хорошо себя чувствую, поэтому не могу двигаться быстро. Спинной неврит — очень мучительный случай.

Но что касается вероятности вашего попадания в город до ночи — очевидно, у вас это не получится. Дорога, по которой вы прибыли, — а я полагаю, вы добирались сюда через ворота — не лучший и не самый короткий путь. Вам следовало повернуть налево от ворот — там проходит первая настоящая дорога после того главного шоссе, что вы покинули. Та есть еще три или четыре следа от телег, которые вы можете проигнорировать, но вы не можете ошибиться в выборе верной дороги — приметой служит большая ива справа, прямо напротив нее. Затем, когда вы повернете, продолжайте ехать мимо двух других дорог и поверните направо вдоль третьей. После этого…»

«Пожалуйста, подождите минутку! Как я могу следовать всем этим приметам в кромешной тьме, никогда не бывав здесь прежде, когда только пара посредственных фар будет сообщать мне о том, что находится впереди? Кроме того, мне кажется, что довольно скоро начнется гроза, а у моего автомобиля нет крыши. Похоже, я окажусь в плохом положении, если попытаюсь добраться до мыса Жирардо сегодня вечером. Вряд ли мне стоит даже пробовать. Мне бы не хотелось обременять вас или причинять какие‑то неудобства — но, принимая во внимание обстоятельства, не могли бы вы пустить меня на ночь в свой дом? От меня не возникнет никаких проблем — мне не нужно еды или еще чего‑нибудь. Только предоставьте мне уголок, чтобы я мог поспать до утренней зари, и все будет в порядке.

Быстрый переход