Изменить размер шрифта - +

Уверена, что сама не безрассудна, если носишь ребенка от мужчины, которого едва знаешь?

— Ты это серьезно?

— Конечно, серьезно. Брак — всегда авантюра... И чаще всего — компромисс.

Компромисс? В чем? В женитьбе на женщине, которую ты нечаянно сделал беременной?

Бекка решительно тряхнула головой:

— Я — не компромисс, и не риск, не авантюра.

— Вся жизнь — авантюра и риск.

— Твоя — может быть. Моя — нет. У меня все спланировано...

— Беременность входила в эти грандиозные планы?

— Ты считаешь, я нарочно забеременела?

— Нет, не считаю, только хотел подчеркнуть, что жизнь непредсказуема.

Кристос потерял единственную любовь, подумала Бекка, и теперь ему все равно, ради спасения ребенка он может предложить женщине лишь дружбу.

Но сколько дружбы? И что подразумевает его брачный обет? Может быть, цивилизованную договоренность о том, чтобы вести раздельную жизнь, но перед публикой выступать в роли образцовой семьи?..

 

 

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

 

 

— Ох, нет! — застонала Бекка — на нее опять накатила дурнота.

— Тебе плохо? Она с трудом подняла отяжелевшие веки и увидела, что Кристос стоит на коленях у ее ног, так близко, что видны морщинки у его глаз... черных, бархатных и встревоженных.

Кажется, ты — любовь всей моей жизни.

— Нет, все в порядке.

— Выглядишь не очень... Наверное, лучше вызвать врача.

Лекарства тут не помогут.

Бекка слабо улыбнулась:

— Необязательно.

— Может, еще кого-нибудь позвать? Например, твою маму?

— Нет-нет, я им еще не говорила.

— А кому говорила?

— Еще никому. Кроме врача, естественно... И Джиллиан, директрисы школы. Ах да, и тебе.

— Мне ты не говорила, — сухо напомнил Кристос. — Зачем твердить, что ты справишься сама? Тебе что, никто не нужен?

— Нет, мне не нужен ты... — Бекка спрятала лицо в ладони. — Ой, я не то хотела сказать...

— Значит, я тебе все-таки нужен?

— Нет... да... не знаю, — она вдруг ощутила невыносимую усталость и, как измученный ребенок, потерла глаза.

— Во всяком случае, думаю, будет лучше, если мы вместе скажем твоим родителям.

Она засмеялась:

— Ты меня слышал?

— Я выслушал, теперь твоя очередь. Ты и впрямь думала, что я позволю тебе одной воспитывать ребенка?

— Ты... мне... не... позволишь?

— Только не одной, — ледяным тоном ответил Кристос.

— Мне не нужен бойфренд!

Кристос обнажил в сердитой улыбке белейшие зубы и рванул ворот рубашки, открыв полоску оливковой кожи. В животе у Бекки сразу что-то екнуло. Она закрыла глаза, проклиная себя за слабость, но все-таки успев представить себе, как касается этой кожи губами.

— Ты носишь моего ребенка! А моего ребенка, Бекка, не будет растить другой мужчина!

— Нет другого мужчины!

Какого низкого он обо мне мнения!

— Все-таки ты очень импульсивная.

— Ребенок всегда будет для меня на первом месте!

— Тогда выходи за меня замуж, и у него будет все, что нужно... включая отца.

— Это не так просто!

— Как раз просто. Или ты выходишь за меня, или я устанавливаю опеку над ребенком.

Бекка похолодела:

— Ты серьезно? Не мучь меня!

— Говоришь так, будто это страшнее смерти.

— Никакой суд не разрешит тебе опеку!

— Да, закон благосклоннее к матери. Но... ты рискнешь? — Кристос видел, как последние краски покидают лицо Бекки, и чувствовал себя настоящим подонком.

Быстрый переход