Осторожно, не отводя взгляда от спящего мужа, она отодвинулась к краю, сползла с постели и некоторое время постояла, сдерживая дыхание. Мужчина пошевелился и что-то пробормотал во сне, но через мгновение его дыхание опять стало ровным.

Кристос уснул одетым — в том, в чем вечером ушел из дома.

Бекка пыталась отбросить проносившиеся в воображении видения: его мускулистые плечи и руки со связками мышц, поджарое тело в капельках пота... Трепещущими ноздрями она жадно втянула воздух, освобождаясь от эмоций, и чуть не поддалась желанию лечь рядом с ним, в последний раз почувствовать рядом с собой сильное, упругое тело...

Не в силах находиться в одной комнате с мужем, Бекка, сдерживая слезы, попятилась к дверям. В коридоре она прислонилась к стене и, закрыв глаза, несколько раз глубоко вздохнула.

В мире полно мужчин-обманщиков; ты вышла за такого.

Вспомнив про сумку, Бекка подумала, не вернуться ли за ней.

— Мадам?

Она открыла глаза и увидела обычно флегматичного, а сейчас непривычно озабоченного мажордома.

— С вами все в порядке?

Бекка кивнула:

— Только отдышусь.

— Что-нибудь случилось?

Если не считать того, что моя жизнь безвозвратно испорчена...

Мажордом посмотрел в сторону двери спальни.

— Кристос спит, — заторопилась Бекка. — Не тревожьте его. Могу я чем-нибудь помочь?

— Посетитель, — нерешительно сообщил мажордом, явно смущенный поведением хозяйки.

— Скажите ему, что Кристос занят.

— Спрашивают вас.

— Кто же это?

— Мисс Карас. Она была...

— ...обручена с моим мужем, — спокойно продолжила Бекка, внутренне сжавшись.

А вдруг это ответ на вопрос, который она не отваживалась себе задать? Не была ли Мелина Карас той женщиной, с которой Кристос провел ночь? И бог знает сколько других ночей, когда он отсутствовал — якобы по уважительной причине?

— Ее трудно было остановить, она очень настойчива. Может, разбудить мистера Каридеса?

Бекка расправила плечи:

— Нет, я сама разберусь.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Женщина, ждавшая в небольшой гостиной, повернулась, когда вошла Бекка, и снисходительно оглядела ее сверху вниз.

Бекка также внимательно изучила глаза гостьи — миндалевидные, с колдовским блеском, подчеркнутые умело наложенным макияжем. Самообладание хозяйки, кажется, несколько выводило Мелину из себя.

— Мы незнакомы...

— Да.

— Почему бы вам не сесть? — приветливо предложила гостья.

Бекка, которой действительно не мешало бы сесть, решила, что скорее умрет. Одно дело сохранять лояльность, но терпеть сочувствие бывшей любовницы мужа — это уж слишком.

Недобрая красавица. Неужели именно без таких женщин Кристос не может жить?

Бекка с первого взгляда поняла, что эта особа, при всем своем ошеломляющем блеске, холодна и пуста. И мстительно ненавидит ее, Бекку.

— Я вас уже видела, не так ли? Вы были в магазине... а на следующий день в кафе. И это не случайно, не так ли? Вы преследовали меня!

— Мне было любопытно, — беспечно признала Мелина. — Любопытно взглянуть на женщину, заманившую Кристоса в сети брака.

— Я его никуда не заманивала!

— Коне-ечно. Но сейчас не в этом дело. Сначала я рассердилась, но потом поняла, что Кристос вскружил вам голову, и, значит, вы совсем не виноваты. Вы знаете, конечно, что он любит меня?

Несколькими минутами ранее это заявление вызвало бы у Бекки желание отползти в угол и зализать раны. Она вошла в комнату, готовая увидеть женщину, которую муж предпочел ей, но чем дольше Бекка слушала гостью, тем больше убеждалась, что Мелина не могла бы осчастливить Кристоса.