То-то же! Будут знать, как идти вперёд Адмирала!

— Спустить на воду лодку с парламентером! — приказал Сабо и сам двинулся в обозначенную сторону.

Поглядим, что из себя представляют эти… неизвестные.

* * *

— Мы в полной заднице, — сделал вывод Коготь.

— Точнее и не скажешь, — фыркнула Фортуна. — Эти ублюдки нас так отсюда не выпустят. Даже несмотря на то, что мы ничего не пытались «разграбить» или «захватить»

— Это да… — вздохнул Дрейк. — Собственно, факты этих ребят не интересуют. «Дипломатия канонерок» так это вроде называется. У кого крупнее калибр, тот и прав.

Переговоры с самого начала не задались.

Изначально, он серьёзно так напрягся, различив на входе в бухте три судна, одно из которых и вовсе казалось настоящим монстром на фоне их галеры.

Но появившиеся Афиняне, как он понял по символу на парусах, не стали лезть в омут с головой.

И выслали парламентёра.

Дрейк надеялся развеять недоразумение и разойтись миром, однако…

Этот чёртов Сабо!

Он назвал их ворами и вредителями! Даже когда они упомянули принадлежность к Спарте, этот боров лишь рассмеялся и потребовал их всех сложить оружие, сдать «Хрюшу» и самим пойти в плен в Афины.

«А иначе я не смогу сдержать горячую кровь моих матросов!» — добавил напоследок этот ублюдок.

Их не планировали отпускать ни при каких условиях. Сабо напоминал собой бегемота, который уже успел вцепиться своей мощной пастью в добычу.

А что уже он схватил, то отпускать был не намерен ни при каких условиях.

Это раздражало, злило, приводило в ярость, но Дрейк был обязан думать не только о себе.

А потому он успокоился, вздохнул полной грудью… и послал куда подальше Сабо вместе со всеми их Афинами.

Они хотят драки? Они её получат!

Он всё равно уже обрисовал Лорду Шурику их ситуацию и выслал ворона.

— Бросать всё сейчас и уходить по суше — совершенно не выход, — изрёк морской волк, привлекая к себе внимание. — У нас на руках лишь одна хлопушка, так что думать о том, что мы доберёмся до Спарты… по меньшей мере глупо.

— И это, не говоря о том, что можем натолкнуться на ещё какую фракцию по пути, — добавил Ларец. — Мы, конечно, обладаем немалой силой, но кто знает, кого мы встретим.

— Да и бросать наш корабль… — возмутился Коготь. — Это позор для моряка!

И здесь все с ним согласились.

— Верно, — кивнул Дрейк. — Поэтому наш единственный выход, кроме как поднять лапки и сдаться, отдавая «Хрюшу» врагу, это пойти на прорыв по воде.

— У тебя уже есть готовый план? — удивился Коготь.

Фортуна с интересом ждала дальнейших разъяснений.

Ларец просто прикрыл веки.

— Лучше! — хмыкнул капитан, приглаживая бороду. — У меня есть набросок плана!

* * *

— Они с ума сошли или просто слишком уверены в себе? — хмыкнул Сабо, взирая на то, как судно противника пришло в движение.

— Похоже, они решили сражаться, — отметил моряк по правую руку от него.

— И без тебя вижу, — фыркнул мужчина, постукивая пальцами по борту «Берсерка».

В груди липкой субстанцией растеклись страх и опасения за собственную жизнь.

Почему они пошли в атаку? У них был какой-то план? Запасён козырь в рукаве? На что они рассчитывали?

Сабо снова осмотрелся, делая это так, чтобы никто не заметил его волнения.

Их три корабля стояли у самого выхода из бухты, блокируя его для судна противника.

Точнее, «Берсерк» находился в самом центре построения, гордо выставив нос к оппоненту, когда как две галеры расположились по краям бухты, чтобы не мешать их флагману маневрировать.