|
Прохор сообщил, что недалеко от Полоцка, южнее города между деревнями Тросно и Семянец немцы устроили ремонтную мастерскую на месте бывшей крупной МТО — мастерская технического облуживания. По собранным слухам там живут и работают свыше сотни немцев, которым под страхом смерти помогают пленные красноармейцы и местные жители. Немного дальше и юго-западнее от города между населёнными пунктами Фариново и Кутняны стоит крупный гарнизон, охраняющий деревянный мост через реку и патрулирующий железную дорогу, проходящую в нескольких сотнях метрах, где тоже имелся мост. Куда ближе к нам в Ушачах немцы устроили гетто для евреев, в которое согнали представителей этой национальности со всех ближайших населённых пунктов. Там тоже имелся небольшой гарнизон немцев, который поддерживала группа полицейских из предателей с бургомистром из местных жителей. Прохор предлагал одних перебить, вторых выпустить и подать всё это, как месть за издевательства над еврейским населением. Мол, тогда оккупанты не станут сильно третировать белорусов, посчитав, что те ни при чём. К евреям у него было отношение так-сяк, не то что бы не любил их, но часто ругал за жадность и непманские замашки. Вспомнил, как дважды его ободрали, как липку представители этого народа, когда ему срочно требовалось купить хлеба для голодающих родных. Тогда ему пришлось отдать всё лишь за полмешка зерна. И хотя среди белорусов тоже хватает выжиг и гадов (достаточно вспомнить полицейских, которые сейчас служат оккупантам), но именно евреи у Прохора оставили в памяти самый грубый шрам и вызывали раздражение. Но и бросать их не хотел, так как немцы с ними расправлялись самыми жестокими способами, действуя во сто крат хуже, чем с русскими и белорусами.
А вот для меня все земляне были одинаковы, ну, кроме немцев, которые уже успели вызвать к себе ненависть. Русские, белорусы, евреи и украинцы — я нормально относился ко всем. И приму к себе в случае нужды любого из них, но только после проверки ментальной магией, чтобы не взять предателя. Впрочем, торопиться с этим я не собираюсь, пока Очаг ещё не укреплён и размеры у него небольшие.
Глава 16
Слова старика легли на благодатную почву. Я и сам всё чаще задумывался над тем, чтобы повторить рейд к немцам, проредить их ряды и набрать трофеев, чтобы потом переработать их в полезное сырьё. Тем более что феи уже вычистили от мусора и сухостоя окрестности вокруг Источника в радиусе километра. Не осталось ни пня, ни камня, ни старой косточки, ни хвороста или засохшего куста и дерева. Крылатым малявкам приходится забираться всё дальше и дальше, уходя слишком далеко от зачарованного периметра. К тому же, у меня уже десять варгов жило в Логове, которое разрослось до внушительного холма с небольшой анфиладой низких подземных пещер. Если уж с тремя зверями я сумел шесть десятков немецких вояк на тот свет отправить, то с числом втрое большим мне по плечу ещё более значительный подвиг. Полдня я выбирал место для удара и решил остановиться на ремонтной мастерской. Во-первых, опытных военных там должно быть мало, взвод или два охраны. В то же время в гарнизонах вряд ли меньше роты будет сидеть, это ещё по самым скромным подсчётам, плюс, полицейские силы. Их бойцы могут убежать, а могут иступлено сражаться, боясь гнева своих новых хозяев. Во-вторых, до мастерской было ближе, и к ней подобраться можно почти вплотную через леса и болота. Ну, и самое главное, на мой взгляд, это наличие в мастерской кучи трофеев, которых я планировал набрать максимально возможное количество, пусть даже придётся пойти на огромный риск ради этого. Посовещавшись с Прохором, я решил не брать с собой лошадей. На что они мне в месте, где самая лёгкая вещь может весить несколько центнеров? А винтовок у ремонтников может и не быть в достаточном количестве. Я рассчитывал на месте найти несколько машин, набить их насколько возможно оружием, боеприпасами и мелкими деталями, после чего посадить немецких водителей за руль и отогнать трофеи в лагерь. |
