Миранда резко повернулась, и, не добавив ни слова, удалилась.

Хоуп с виноватым видом застыла посреди улицы. Она еле сдерживала гнев. Неожиданно она сорвалась с места, очевидно приняв какое-то решение, и направилась к конторе шерифа.

Хен сидел на стуле, положив ноги на край стола, когда на пороге появилась взволнованная Хоуп.

— Рановато ты сегодня. Время завтрака еще не подошло.

— Вам нравится миссис Блакторн? — выпалила девочка. — Вы влюблены в нее?

Ноги шерифа с грохотом упали на пол. Он резко выпрямился.

— Ого, вижу, ты сразу берешь быка за рога.

— Миранда, то есть мисс Трескотт, сказала, что вы неравнодушны к ней. Так люди говорят. И поэтому вы уделяете миссис Блакторн так много внимания.

Хен с трудом проглотил ком, застрявший в горле. «Следовало быть более осторожным, — подумал он. — Нужно сделать все возможное, чтобы прекратить слухи».

— Люди говорят обо всем и обо всех. Что касается меня, то я действительно очень обеспокоен положением миссис Блакторн. Я пытался уговорить ее перебраться в город. Боюсь, Блакторны предпримут очередную попытку похитить Адама.

— Значит, вы не собираетесь жениться на ней?

— Я вообще не собираюсь ни на ком жениться.

Хен говорил чистую правду. Но странно, впервые в жизни при мысли о женитьбе его не охватили страх и ужас, как обычно. Он по-прежнему не хотел связывать себя обязательствами. Однако, если бы вдруг решился, то не возражал бы против такой жены, как Лорел.

— Но когда-нибудь вы же все равно женитесь.

Хен очнулся и пристально посмотрел на Хоуп.

— Не все мужчины женятся…

— А я думала, что все хотят иметь семью.

— Возможно, что все хотят, но не все могут.

— Ничего не понимаю!

Он и сам перестал что-либо понимать. Казалось, все в жизни перепуталось и встало с ног на голову.

Лорел отжала простыню и бросила в воду для полоскания, но промахнулась и конец простыни упал на землю. Пришлось снова застирывать ее и выливать грязную воду. После того как Хен соорудил канал, помощь Адама стала не нужна. Нужно было лишь подставлять таз под желоб, и вода сама текла вниз. Адаму оставалось лишь набрать достаточно дров для костра. Почти все свободное время мальчик проводил с Джорди и Санди.

Она скучала по сыну, тосковала по мирным утренним часам, которые они обычно проводили вместе. Казалось, и работа продвигалась быстрее, когда рядом находился неугомонный Адам, прыгал, бегал и засыпал мать градом вопросов. Но с момента появления в каньоне Хена Рандольфа все изменилось. И этот канал был немым свидетелем перемен, которые произошли в жизни.

Молодая, чистая и невинная!

Эти слова и сейчас звучали в ушах. Они преследовали Лорел как злой рок. Они, казалось, доносились из каждого угла, нападая из засады в самый неподходящий момент. Они звучали снова и снова, как смертный приговор. Но она, к сожалению, не умерла.

Ей предстояло жить и смотреть в лицо безжалостной судьбе.

Лорел твердо решила покинуть Сикамор Флате. Сначала она пыталась убедить себя, что причиной тому является безопасность Адама. Но, в конце концов, вынуждена была посмотреть правде в глаза: она бежала от Хена. Слишком долго она жила в мире грез.

Она выкрутила следующую простыню. Но куда она пойдет? И где будет жить? Только в одном Лорел не сомневалась — она больше никогда в жизни не будет стирать чужое белье. Никогда!

Авери терпеливо ждал в овраге, спрятавшись за могучим стволом огромного тополя, пока Адам и Джорди прощались.