Лорел со смешанным чувством наблюдала за процессией, приближающейся к ущелью. Начало работ радовало женщину — чем скорее они закончат строительство и получат воду, тем скорее она получит деньги.

Лорел воспрянула духом — тень свободы замаячила где-то вдали. Она так долго находилась в беспросветном отчаянии, что боялась поверить в то, что жизнь наконец улыбнулась ей. Лорел с опаской смотрела на окружающий мир. Что ждет ее за пределами каньона? Не обманется ли она в ожиданиях? В мечтах о будущем никто не интересовался ее замужеством и не смотрел на сына искоса. В мечтах они с Адамом были такими же, как все.

И в то же время вторжение людей в ее убежище вызывало тревогу. На сердце было беспокойно. Присутствие же Хена среди мужчин одновременно и волновало, и радовало. Она уже не притворялась, что равнодушна к нему, что не думает о нем дни и ночи напролет. Она перестала запрещать Адаму общаться с шерифом — Хен уже не казался недостойным образцом для подражания

Лорел была почти влюблена в него, в чем честно призналась себе. Однако она отчетливо осознавала безнадежность своего положения — Хен Рандольф не мог любить ее.

Горькие размышления прервал пробегающий мимо Адам. Женщина едва успела схватить сына за воротник.

— Пора приступать к работе. У нас на сегодня еще много стирки.

— Но я хочу посмотреть, — прохныкал мальчик.

— Ты уже смотрел. Но как только мы справимся с делами, я разрешу тебе вместе с Джорди покататься на лошади.

— Согласен.

Лорел подозрительно посмотрела на сына — раньше так быстро и легко он не соглашался. Очевидно, его что-то беспокоило. Женщина встревожилась: Адам выглядел подавленным и рассеянным, словно мучительно размышлял над какой-то важной проблемой.

— Как ты думаешь, ма, папе понравилось бы, если бы я помог его братьям отомстить шерифу? — спросил, наконец, мальчик.

Неожиданный вопрос сына застал женщину врасплох и поверг в смятение. Почему он задает такой странный вопрос?

— Твой отец не был похож на своих братьев.

— Но он обрадовался бы, если бы я помог его братьям?

— Нельзя помогать никому, кто хочет причинить вред другому человеку. Даже если речь идет о члене семьи.

Лорел с облегчением заметила, что ответ пришелся сыну по душе. Детское личико мгновенно прояснилось, он улыбнулся и убежал.

— Я быстро принесу воду, вот увидишь. Не успеешь и глазом моргнуть, как я вернусь, — прокричал он на бегу.

Лорел рассмеялась — на душе стало легче, тревога улеглась.

Шериф заметил Адама, который прятался за стволом платана и наблюдал за работающими.

— А почему ты не подойдешь ближе, чтобы лучше видеть? — удивленно спросил Хен. Странно, мальчик, казалось, сторонился его.

Адам покачал головой.

— Мама не разрешает мне спускаться вниз. Послушание Адама еще больше поразило молодого человека.

— Думаю, она не будет возражать, пока ты будешь оставаться рядом со мной.

Мальчик не сдвинулся с места, словно прилип к дереву.

Хен подобрал с земли несколько досок, погрузил их на небольшую тележку и направился по тропинке.

— Но мама сказала, что вы не будете ничего строить в каньоне.

— Обещаю, это понравится тебе.

— Что это? — не сдержал любопытства Адам.

— Пойдем со мной, увидишь сам. Мальчик последовал за шерифом. Увидев Хена, который толкал перед собой тележку с досками, Лорел застыла в изумлении. К горлу подступил ком, дыхание перехватило. Хен как всегда — в ослепительно белой рубашке, темных брюках, жилете и широкополой шляпе — выглядел обезоруживающе привлекательным.