|
Но приблизиться и сесть рядом с парочкой «своих», пока не попросили или пригласили, вероятно, посчитал ниже своего достоинства. Или невежливым. В конце концов, как заметила тоже поглядывающая в его сторону Демира (опять неловкость! Может, пригласить всё же?), он больше не стал смотреть в их сторону, полностью погрузившись в собственный конспект. И девушка успокоилась.
Он догнал их на выходе из читалки, и втроём они вышли на крыльцо, где их ожидали телохранители, готовые немедленно развести подопечных по ожидающим машинам. Демире всё таки удалось сделать книксен перед Терренсом, на что Кристофер оквадратил глаза, зато сам граф воспринял приседание одногруппницы как должное и сам учтиво склонил перед ней голову, перед тем как покинуть её и одногруппника.
Надо заметить, что твой прощальный поклон… медленно сказал Кристофер, совершенно очевидно борясь с подступающим смехом. – В этих штанах… Э… Мне нравится. А как ты будешь прощаться со мной?
Просто, заявила Демира. – Пока, Кристофер! До завтра! – И помахала ему рукой.
До скорой встречи, моя леди! – изобразил «тип с косичкой» какой то уж очень витиеватый жест и быстро сел в машину, после чего его телохранители почтительно закрыли за ним дверь. С затемнённым стеклом – отметила Демира, но не придала этому факту никакого значения.
Девушка побежала к своим. Эля опять высовывалась из окна, с огромным любопытством озирая не только окрестности, но и их обитателей. Уж что – что, а прощание на крыльце академии она проследила с таким же огромным интересом.
У тебя новый кавалер! – с энтузиазмом обрушилась она на Демиру, чуть та только села в машину. – Косичка сегодня на месте, а где лохматик? Ну, который с тату? Или его этот очкарик заменил? Он тебе нравится? А лохматик разонравился? А этот, в очках, откуда взялся? Мира, рассказывай давай!
Да зачем тебе? – не выдержала та.
У меня то здесь никого нет! – заявила младшая сестра. – Буду знакомиться с миром, начиная с твоих друзей. Ну? Что там с лохматиком?
Ничего особенного, проворчала Демира. – Его родители предупредили, что его сегодня не будет. И всё.
А этот очкарик? Он чего к тебе пристал?
С чего ты решила, что он пристал? Он тоже мой однокурсник, из моей же группы!
А чего ты тогда перед ним поклоны изображала? Перед лохматиком ты не раскланивалась. И косичке тоже лапкой только помахала!
Элька, терпеливо воззвала Демира, ты не могла бы называть их по именам? Я ведь тебе сказала, как зовут каждого! Лохматик – это Гарм. Косичка – Кристофер. А очкарик – это Терренс. Мы были в одной подгруппе вчера, на полевом практикуме. Поэтому они со мной поближе и общаются.
Но перед очкариком ты присела, настаивала неугомонная Элька. – А перед этими… ты на них даже внимания не обращаешь!
Терренс считает, что даже в академии студенты должны обязательно соблюдать светские нормы поведения, объяснила Демира и только было хотела попросить сестрёнку заткнуться, как Наида, не оборачиваясь, насмешливо сказала:
А неплохо было бы для будущего.
И ты тоже, расстроенно вздохнула Демира.
Да нет. Я, в общем то, согласна, что студенты должны между собой дружить, но уж перед герцогом Бринэйнном ты могла бы поклон изображать время от времени.
Теперь уже обе девушки уставились на волчицу.
Герцог? – медленно повторила Демира. – Как его там? Брин… чего? Это кто?
Герцог Кристофер Бринэйнн младший, пожала плечами Наида. И тут до неё дошло. – А что? Разве вы не знаете титулы друг друга?
Сёстры переглянулись и снова уставились на волчицу. |