Девушка с широко распахнутыми глазами завертелась на месте.

— Я в жизни не видела такой прекрасной одежды!

— Не сомневаюсь, — обронил Лотэр, застыв в дверях и подперев плечом косяк. — Что ты могла видеть в этих убогих Аппалачах. Представляю, какая в ваших горах высокая мода.

Он намеренно её оскорблял, но Элли решила вести себя так, словно воспринимает издёвки вампира, как обычные шутки. Она уже предприняла попытку бороться с ним на равных и проиграла. Значит, нужно сменить тактику.

Мама всегда говорила: «Худой мир всяко лучше хорошей войны. Дробовик — это на самый распоследний случай».

Пожалуй, Элли несколько поторопилась с дробовиком.

— Аппалачи и высокая мода? Оксюморон, не правда ли? — улыбнулась она и углубилась в гардеробную, оглядывая вешалку за вешалкой.

Дома в шкафу у неё висело несколько пар потёртых джинсов, ещё парочка таких же потёртых, но уже обрезанных и превращённых в шорты для лета, две-три футболки, да охотничье снаряжение. В тюрьме весь гардероб состоял из четырёх комплектов тюремной робы.

Не мудрено, что от увиденного изобилия голова пошла кругом.

— Ты купил всё это для Саройи?

Вампир казался уже не таким напряжённым, как во время обеда. Кажется, даже смотрел на неё не так враждебно.

— Да.

Элли представила, как должна была отреагировать богиня.

— Она, наверное, чуть с ума не сошла от счастья.

— Она пожелала все до единой вещи и все до последней безделушки, — русский акцент Лотэра сделался гораздо заметнее.

— И ты всё купил? — Элли прищёлкнула пальцами. — Вот так запросто?

— Конечно. Она моя женщина.

— Должно быть, она очень тебя любит.

Он не ответил. Просто скрестил могучие руки на груди.

— Лотэр?

— Я же сказал тебе. Она моя невеста, она была мне суждена.

Если Лотэр действительно никогда не врёт, хотя он, конечно, мог солгать на этот счёт, тогда такой его ответ сильно смахивал на увёртку.

— А ты любишь Саройю?

— Когда смертные докучают мне вопросами, я, как правило, вырываю им языки и наблюдаю, как болтуны истекают кровью до смерти.

Элли и не думала пугаться.

«Точно! Он уходит от ответа! Ха, у сладкой парочки проблемы?»

— Я запомню про языки, — отозвалась Элизабет, стараясь не выдать себя голосом. Она провела украшенными маникюром пальцами по гладкой коже одного из плащей. — Можно мне его примерить?

Он пожал плечами, и девушка надела плащ, с блаженством зажмурившись и прижимая к себе идеально выделанную кожу.

— Лотэр, я даже представить себе не могла такую шикарную одежду.

— Я ведь уже говорил, что всегда выбираю только самое лучшее.

Ну да, например, богиню вместо обычной смертной. Божество вместо босоногой девчонки, которую он считал настолько никчемной, что годами держался подальше и просто наблюдал, разочарованный выбором, который за него сделала судьба.

А девчонка всё это время даже не представляла, что на неё имеет виды вампир.

Словно приняв для себя какое-то решение, он устремился вглубь гардеробной к лакированному туалетному столику. Вампир выдвинул один из его ящичков и молча вернулся на место.

— А что там? — Драгоценности. Огромные. Блестящие. — Боже-ж-ты-мой! — У Элизабет перехватило дыхание. — Я не могу дышать.

Лотэр переместился и возник рядом с Элли, подхватив девушку под локоть. На этот раз значительно нежнее, чем раньше.

— Премного благодарна. А то весь этот блеск меня буквально ослепил.

Даже один такой камушек мог продержать её семью на плаву в течение нескольких лет. И им не пришлось бы горбатиться на угледобывающую компанию.