– Спасибо, я знаю дорогу. – Он прощально поклонился. – Будь здоров, родич. Думаю, что до отлета «Исполнения долга» мы уже не увидимся. Счастливо тебе. И тебе тоже, юный Гордон.

Горди шумно выдохнул, повернулся к своему приемному отцу – и замялся.

– В чем дело?

– Пат Рин… не влюблен… в кузину Нову?

Шан покачал головой:

– Нет… Нет, я не думаю, чтобы Пат Рин был влюблен в кого-то.

– Кроме самого себя!

Как это ни странно, Шан снова покачал головой:

– Ничуть.

Горди возмущенно вскинул руки, заставив Леди Царапку изумленно открыть глаза.

– Тогда почему же он такой?

– Ну, – задумчиво проговорил Шан, покачивая оставшееся на дне рюмки вино, – думаю, как и большинство из нас, он еще не сформировался до конца. Ты проверил эти расчеты?

Горди покраснел.

– Мне осталось еще минут пятнадцать.

– Хорошо. Я к этому времени вернусь. Завтра утром мы пойдем на «Исполнение», чтобы провести последнюю проверку. Отлет у нас назначен на рассвет Солсинтры, на втородень треслан.

– Мне надо будет попрощаться с Кари…

– Да, конечно. – Шан вздохнул. – Заканчивай работу, Горди.

И он исчез, закрыв за собой дверь.

Шан нажал на кнопку «воспроизведение» и, закрыв глаза, откинулся на спинку кресла, чтобы еще раз услышать запись слов Вал Кона, адресованных Точильщику.

«Я приветствую тебя, брат, и благодарю тебя за мою жизнь и жизнь юнейшей из твоих сестер. Я должен сказать тебе следующие вещи, которые соответствуют истине: мы живы и с нами хорошо обращались – предоставили пищу, место для ночлега и медицинскую помощь. Я сожалею, что корабль Клана продолжил путь без нас. В тот момент, когда он нас покинул, он не имел повреждений, и должен достичь цели, как планировалось, поскольку в течение семи периодов трудов он придерживался курса без каких бы то ни было отклонений».

Тут последовала короткая пауза, а затем Вал Кон договорил:

«Я также должен сказать, что нам вернут наши ножи и дадут корабль, на котором мы сможем продолжить наш путь. Я еще раз благодарю тебя, брат, за твои заботы о двух членах твоего Клана, столь неразумных и торопливых».

Корабль Клана Корвал уже был отправлен к координатам, обозначенным на послании Вал Кона. Точные данные относительно того расстояния, которое корабль Стаи прошел бы за «семь периодов трудов», были включены в разнообразные сведения, которые входили в доставленный Чивером Мак-Фарландом пакет. Конечно, эту вероятность необходимо было учесть, но Шан не питал надежд на то, что корабль Клана обнаружит Вал Кона и его спутницу жизни поблизости от этих координат.

Лента немного пошипела, а потом зазвучал другой голос – жизнерадостный и четкий, нараспев произнеся какую-то чепуху, словно бояться было абсолютно нечего: «Привет, Точильщик. Все прекрасно. Жаль, что тебя здесь нет. Привет семье и скоро увидимся».

Лента зашипела, щелкнула, шумно перемоталась обратно – и прибор отключился.

– Она мне нравится, – сообщил Шан полутемному кабинету. – Но, боги, брат мой – Хунтавас?

Между межгалактической мафией и Кланом Корвал уже много поколений существовало соглашение: вы не трогаете наших, мы не трогаем ваших. Просто, действенно, удобно.

– Почему ты просто не сказал им, кто ты? Они бросили бы Главу Клана и его Леди, как горячие угольки…

Похолодев, он представил себе иной сценарий. Вал Кон сообщает, кто он. Хунтавас, ужаснувшись своей ошибке и понимая, что сведение счетов с Кланом Корвал будет губительно для обеих сторон, просто перережут два горла и оставят в космосе два тела…

– Боги!

Он стремительно вскочил, несколькими шагами пересек кабинет и устремил взгляд в сумеречный сад, где фонтан ловил последние лучи солнца, превращая его свет в изумруды.