Loading...
Изменить размер шрифта - +
Тоскливое зрелище для людей,

привыкших к световому буйству современных городов. Даже в двадцать пятом году главные города Югороссии были полностью электрифицированы.

– Элементарно, Ватсон. У аггров машинки такого класса, что свободно засекают поисковый луч. _Здешняя_ не хотела светиться раньше времени.

Решила сыграть _черными_.

– Принимается. Теперь другой вопрос. Си сказала мне в отеле, что в случае контакта с _собой_ хочет изобразить Дайяну. Как это возможно?

Приезжает на фронт к Маркову, скажем, Жуков, и начинает косить под Сталина. Смешно?

– Не очень. Допустим, _наша_ знает, что прошлый раз она контачила с Дайяной в тысяча восемьсот восьмидесятом, а следующая встреча будет в

девятьсот четырнадцатом. К примеру. Значит, в этом зазоре она может вытворять что угодно. Располагая вдобавок обширнейшей информацией о

своих делах на век вперед… И о том, что вся их агентурная сеть непременно свернется в трубочку и сгорит, как береста в костре. Можно

позабавиться напоследок.

– Нам бы в их забавах свои кости уберечь… – с долей сомнения сказал Новиков, едва-едва начавший приходить в себя после тяжелой болезни.

– Выкрутимся, не впервой. А если разборки между госпожами начнутся, это только на пользу…

– В смысле?

– Маскировка, брат. Мы же со страшной силой боялись здесь какой-то _чуждой_ техникой воспользоваться, а если Сильвия и ее подельники

портсигары включают-выключают, так на их фоне и мы можем…

– Верно! – как эта простая мысль ему самому не пришла в голову – непонятно. Осталось только убедиться, что эта реальность содержит в себе

Сильвию и всех остальных, то есть до нынешнего момента совпадает с исходной ГИП. Если это так – какая разница, десять, условно говоря,

сработок блок-универсалов случится в месяц или пятнадцать…



Паб был самый обычный, припортовый. Интерьер его и клиентура, и сам хозяин, наверное, мало изменились за последние триста лет. Длинный и

узкий зал с деревянным столом посередине, выструганным из остатков корабельных палуб, стойка справа от входа, обитая регулярно начищаемой

медью с подводных частей тех же бригов, барков и клиперов, всякий флотский антураж по стенам. Целый ряд пивных, винных, ромовых бочек, за

ними полки с напитками в бутылках. Тусклый, как везде, свет, гул голосов, слоями висящий табачный дым.

Хозяин и три подручных едва успевали подавать гулякам кружки и стаканы.

– Недурно, – сказал Шульгин, машинально касаясь кармана плаща. Из романов прошлого века он знал, что для джентльменов, шатающихся по

подозрительным притонам, подходящим оружием считался кастет. Потому что все они там были боксерами, с раннего детства. Ножи –

принадлежность черни, а револьверы – для совсем серьезных разборок, до которых дело доходило редко. Пенитенциарная система здесь уж слишком

суровая, виселицу заработать, что в советское время – «трояк».

– Нам, пожалуй, сюда. – Андрей указал на несколько отдельных, огороженных пятифутовыми стенками кабинетов слева, где вокруг квадратных

столов стояли массивные, почти неподъемные стулья. Занято из кабинетов было только два, и отдыхали там люди видом поприличнее. Понятно

почему. Их обслуживали лакеи, что серьезно повышало цену каждой пинты и кварты. Да и естественная стратификация – каждый посетитель на

подсознательном уровне знал свое место.
Быстрый переход