— Правильно, женщин надо баловать.

— Кто бы меня побаловал?

— Ох, красивая ты женщина, Катя! Будет еще кому побаловать.

— Ох, не знаю, возраст-то уже критический, почти двадцать шесть.

— Шеф уже приехал?

— Нет еще. Только что звонил. Через пятнадцать минут будет.

— Ладно, зайду попозже.

Боря вышел из кабинета, Катя сняла с себя кулон и брезгливо кинула его в коробочку.

— Подумаешь, цацка как цацка.

Серафима сидела в кабинете генерала. Она, как всегда, прекрасно выглядела. В строгом черном костюме, безукоризненно белой блузке. Она сидела ровненько, на краю стула, спинка прямая.

— Ну вот. Я все согласовал, — сказал ей Болотников, — с завтрашнего дня Мишин может занять твое место. Поздравляю. Сегодня же начинай вводить его в разработку Бандуры. Ну, и с этого дня ты официально назначена начальником отдела специальных операций. Так что можно считать, что ты опять «оса».

— Спасибо, товарищ генерал.

— Спасибо, как говорят, в стакан не нальешь.

— Вы серьезно? Да не вопрос, проставлюсь.

— Хорошо. Будет повод Виту пригласить в ресторан. А то так просто, без повода, как-то неудобно.

— Ах, вот где собаку-то зарыли…

— Уже много лет этой собаке.

— Какой-то вы нерешительный, товарищ генерал.

— Зато ты у нас боевая «оса». На сколько тебя твой Мишин младше?

— Так… уже доложили?

— Так, а чего такого, я не против. Не думаю, что это как-то повлияет на качество службы.

— Это хорошо, товарищ генерал, что не думаете…

Секретарь вошла в кабинет, принесла кофе и начала раскладывать с подноса на стол чашечки с блюдечками.

Катя в кабинете у Бандуры расставляла чашечки с блюдечками, сахарницу, тарелочку с печеньками.

— Спасибо, Катя. Дальше мы сами, — сказал Бандура.

Катя вышла. Бандура налил из кофейника в две чашки кофе. Одну подвинул Боре, который сидел тут же, за совещательным столом.

— Сахар, сливки по вкусу.

— Спасибо, шеф.

Боря положил в чашку два кусочка сахара и принялся тщательно перемешивать. Он вообще все старался делать тщательно. Да и как бухгалтер и ближайший помощник был незаменим.

— Жаль Клетчатого, очень жаль, — вздохнул Бандура, — хороший был работник, исполнительный. Надо подыскать такого же.

— Зачем? Все вопросы решены на данный момент. Даже данные ноутбука, которые попали к сэбровцам, нам никак не повредят. Там была только старая схема. Уже неактуально.

— Это все хорошо, но надо решить вопрос с Прохоровым.

— Он уже не опасен. Его даже из СИЗО выпустили.

— Боря, он меня сдал.

— И что, банальная месть?

— При чем тут месть? Как ты не понимаешь? Если я этого не сделаю, все будут считать, что на меня можно безнаказанно стучать! А это все равно что трахать!

— Убивать его нерационально и, главное, бессмысленно. Во-первых, у нас нет надежного исполнителя. Во-вторых, вы же не будете всем рассказывать, что его завалили по вашему приказу.

— Все и так это поймут. А исполнителя ты найдешь!

— Нет! Это не моя работа.

— Сорри, как говорят в Америке. Что ты сказал?

— Я сказал «нет».

— Я впервые слышу от тебя это короткое, но некрасивое слово.

— Я не собираюсь делать что-либо, что может вам навредить, шеф.