Примерно в то же время, когда в понедельник исчезла Кэрри, произошло еще одно убийство. Жертвой стал человек по имени Эрнст Бродский. Ему было под семьдесят, врагов он не имел, все отзываются о нем исключительно хорошо. Складывалась картина, что убийство произошло с целью ограбления, если бы не одно странное обстоятельство. У Бродского была лавка в торговом центре «Ривер Вью», и все указывает на то, что преступление произошло ночью, на стоянке перед торговым центром. А вот тело было найдено за несколько миль от того места, в открытом поле. Если Бродского ограбил и убил на стоянке какой-то наркоман, к чему понадобилось увозить тело? И я все ломал над этим голову, пока вдруг не вспомнил, кем был по профессии Бродский и чем зарабатывал на жизнь.

— Кем же?

Санторо усмехнулся.

— Он был слесарем и держал скобяную лавку, где у него было оборудование дня изготовления дубликатов ключей! Если слесарь сделал ключ, похожий на ключ от входной двери Блэров, но отпереть эту дверь им нельзя, он должен выглядеть как новенький.

— Ну, а записи эти для чего? — спросила Дана.

— Посмотрим, что происходило в торговом центре в понедельник и вторник.

Последний раз Кэрри Блэр видели в понедельник, после судебного заседания, и Санторо с Даной просмотрели записи с камер наблюдения вплоть до того момента, когда Бродский закрыл свою лавку. После того, как Бродский выехал со стоянки, Санторо переключился на утро вторника, на тот момент, когда Бродский открыл свою лавку.

— Вот, смотри! — воскликнул он через несколько минут, наблюдя за событиями словно в реальном времени.

В объектив камеры попала фигура мужчины в свитере с капюшоном, джинсах и спортивных туфлях. Он скользнул к лавке, открыл дверь и вошел. И все это время отворачивался от камеры, точно знал, где она находится, и не хотел, чтобы его опознали.

Санторо увеличил изображение. Картинка черно-белая, разрешение зернистое.

Дана, щурясь, всматривалась в монитор.

— Вроде бы белый, — заметила она. — Но больше ничего не могу сказать.

Мужчина пробыл в лавке двадцать минут и вышел с небольшим бумажным пакетиком в руках.

— Вполне подходящего размера, чтобы уместилось несколько ключей, — пробормотал Санторо, когда мужчина вышел из поля зрения камеры.

У него было еще несколько дисков с записями с камер наблюдения, что находились у стоянки рядом с лавкой Бродского. Санторо вставил диск за утро вторника и стал напряженно всматриваться в экран. Внезапно в поле зрения оказался «порше», который остановился на углу возле лавки Бродского, хотя б о льшая часть стоянки пустовала.

— Кэрри Блэр ездила на «порше», — заметил Фрэнк. — И машину до сих пор не нашли.

Он так и застыл, глядя на экран, затем увеличил изображение. Стала видна часть номерного знака автомобиля.

— Я могу разобрать только две буквы, — сказал Санторо. — А вы?

Дана покачала головой. Санторо сверился с записной книжкой.

— Буквы «L» и «Q» присутствуют в ее номере, — заметил он.

Затем он нажал на клавишу «play» — из «порше» вышел мужчина в свитере с капюшоном, стараясь держать голову как можно ниже, чтобы лица не было видно. Санторо следил за тем, как он свернул за угол и исчез из вида, затем вернулся, сел в машину и отъехал.

Во вторник этот мужчина уже не возвращался, и Санторо начал просматривать записи до конца дня. Дана с Санторо видели, как ровно в 5.30 вечера Бродский вышел из своей лавки, запер ее и пошел на стоянку. Камеры наблюдения всю стоянку не покрывали, Бродский припарковался где-то вне поля зрения.

Было уже далеко за полночь, глаза у Санторо начали слезиться от усталости.