— Почему бы не начать с начала и не рассказать, что именно произошло?

— Вчера я говорила с Тиффани Стар, но она ничего толкового мне так и не рассказала. А около одиннадцати мне позвонил какой-то мужчина, сказал, что может доказать, что Барри Лестер лжет, и попросил о встрече на пустой автостоянке в промзоне. И я согласилась. Приехала туда, и он угрожал изнасиловать меня, если я не перестану расследовать дело Блэра и Барри Лестера.

— Ну, а вы что?

Дана потупилась. Теперь, когда возбуждение и страх прошли, ее просто тошнило при мысли о содеянном.

— Дана?..

— Я ударила его ножом. В пах.

— Святый Боже!

Дана резко вскинула голову, глаза ее гневно сверкали.

— Я сделала это, чтобы спасти себе жизнь, и если придется, сделаю снова. Это была чистой воды самооборона, но мне пришлось бы отвечать на вопросы полиции и сидеть у них на крючке черт знает сколько времени. А я не могу себе этого позволить.

— Так вы просто оставили его умирать?

— Нет. Этот человек был посыльным, передаточным звеном. Поэтому я позвонила 911 и уехала до прибытия «скорой», и не знаю, что с ним было дальше.

— Ну, а чего вы от меня хотите?

— Хочу, чтобы вы выяснили, кто послал напавшего на меня человека, чтобы я могла нейтрализовать угрозу.

Санторо уже проверил данные в файлах полиции по Дане Катлер и знал, как она обошлась с похитившими ее байкерами. Там были и снимки с места преступления. За годы службы Санторо много чего навидался, но при взгляде на эти снимки его едва не вырвало. И теперь нимало не сомневался в том, что имела в виду Дана, употребив слово «нейтрализовать».

— О том, чтобы помочь вам убить кого-то, не может быть и речи, — сказал он. — Если вы на это намекаете, я пас, сразу предупреждаю.

Какое-то время Дана сидела молча, вперяясь в пространство невидящим взглядом. Затем кивнула.

— Ну, а что можете сказать о напавшем на вас человеке? — спросил Санторо.

— На нем была лыжная маска. Я так торопилась удрать оттуда, что даже не сняла ее, а потому лица его не видела. Но особых проблем с идентификацией у вас не должно возникнуть. Огромный парень, но не толстый. Хорошо сложен, накачан, как боксер-тяжеловес. Да и найти его труда не составит. Он сейчас в больнице или в морге.

— Что-нибудь еще запомнили? Шрамы, татуировки?

— Я почти уверена, что он русский. Или выходец из Восточной Европы.

— А вот это уже интересно, — заметил Санторо. — В банду Орланского входят русские громилы, а наш Чарльз Бенедикт давно представляет интересы членов его банды.

— Как-то совсем из головы вылетело.

— Еще бы. У вас совсем другое было на уме.

Затем вдруг Санторо осенило.

— Как думаете, может, Тиффани Стар теперь в опасности?

Дана побледнела.

— Уверена, этот тип пришел за мной после того, как Тиффани рассказала кому-то о моем визите. И человек, с которым она говорила, — возможно, тот самый тип, рассказавший ей, где похоронена Кэрри Блэр.

Дана разволновалась не на шутку.

— Тиффани наркоманка, а наркоманам, как известно, доверия нет. Если бы я убила Кэрри Блэр и Тиффани рассказала бы мне о репортере, который пришел задавать вопросы на эту тему, я бы первым делом постаралась избавиться от этой девицы.

Санторо поднялся и пошел в спальню.

— Куда же вы? — спросила Дана.

— Сейчас оденусь. И мы поедем к Тиффани на квартиру и посмотрим, в порядке ли она.

Тиффани дверь не открывала.

— Она стриптизерша.