– Твои объяснения логичны, – медленно, словно всё ещё сомневаясь, оценила Нелла. – Но ты и правда пойдёшь со мной?

– Пойду. И Ултан тоже. Что тебе надо будет для вылазки в твою квартиру?

Женщина эльф вздохнула и уже привычно вскинула подбородок. Наверное, то, что она хотела забрать из квартиры было настолько важно для неё, что внезапный отказ идти в тот дом всей группой здорово выбил её из колеи.

– Я освобожу две сумки, – бесстрастно сказала она и крупным шагом пошла к группе.

А Кира вдруг подумала, что спор у них был какой то… пустой. Только время зря протянули… Или не пустой? Не ет, что то ценное всё таки Нелла прятала в своей квартире, из за чего так яростно сопротивлялась самой мысли не пойти в свой дом.

Задержаться всё таки пришлось: женщина эльф, судя по всему, решила взять реванш в споре с Кирой хоть по мелочи и потребовала занять ту квартиру, которую она сама определит в качестве лучшей для нового «привала»… Ултан, предупреждённый, послушно ходил за Неллой по пятам и осматривал квартиры до тех пор, пока она не решила, что нашла. Третий этаж. Громадные апартаменты. Выбитые, как в большинстве случаев, окна, зато есть плотные шторы, которые только опустить (волной их не только подняло, но и зацепило за переломанную мебель и рамы) и расправить, чтобы с улицы нежданных негаданных квартирантов в помещении не было видно.

Кира, тихонько бродившая с ними рядом, уловила пару словно нечаянно брошенных взглядов женщины эльфа на небольшую комнатушку – кажется, гардеробную: узкую, без окон, сплошь заставленную рядами вешалок стоек и с единственным небольшим столом в самом конце. Вероятно, Нелла собиралась занять эту комнатушку для своих таинственных дел, для которых и нужно взять неведомые предметы из её собственной квартиры.

Наконец, Ултана послали за остальными и, заодно уж, за грузом. Нелла соизволила покинуть квартиру только тогда, когда удостоверилась, что все и всё остаётся в ней.

Из подъезда вышли осторожно, с оглядкой. Солнце уже поднялось над краем горной гряды, но здесь его не было видно. Улица с высотными домами, с односторонним движением машин и с двумя пешеходными дорожками выглядела не только тесноватой, но и чёрной от темноты, крадущейся от стен. Пришлось для начала заново привыкнуть к видению в полумраке и лишь потом начать движение. Хуже всех приходилось оборотню: он то и дело раздувал ноздри и болезненно морщился. Ранее Кира этого почти не замечала, но сейчас она здорово сопереживала ему.

Они будто шли по аду, которого никогда не предугадывали фантасты: под ногами – трупы и мёртвые блотфиши, которых, может, и не замечали бы, если бы они не начинали гнить, испуская невероятно тошнотворный «аромат». Может, этот «аромат» принадлежал не только им – рыбы и всякой речной мелочи тоже валялось повсюду достаточно. Но насторожённый и предубеждённый глаз выхватывал лишь ненавистные очертания генномодифицированных тварей и приписывал им весь смрад, который наполнял улицу. И угрюмо думалось: если уже сейчас улицы провоняли так, что хотелось надеть маски с кислородной подачей, то что будет завтра послезавтра в этом несчастном городе?..

Сморщившись в очередной раз, Ултан повернулся к Кире.

– Не догадались аквалангистские маски взять…

– Про них подумала, – спокойно ответила девушка. – Но подумала и про завтра.

Оборотень некоторое время молча шагал рядом, а потом кивнул, сообразив, о чём она, и далее даже не вздыхал больше.

Нелла шла с другой стороны от Киры, и лицо её, словно высеченное из мрамора, ни малейшим движением не показало, что уличная вонь её тревожит.

Они дошли до конца дома и с предосторожностями выглянули из за угла.