— Посмотри на одиннадцать по вертикали, — предложила она.

Ричер посмотрел.

— «Они могут немало весить», — прочитал он. — Тринадцать букв.

— Обязательства, — сказала она.

Мэрилин и Честер Стоун сидели рядом на диванчике, находившемся справа от письменного стола, поскольку Хоби перешел в ванную комнату с двумя полицейскими. Коренастый мужчина устроился на другом диванчике, положив дробовик на колени. Рядом развалился Тони, который задрал ноги на кофейный столик. Честер не шевелился, только смотрел куда-то в темноту. Мэрилин замерзла, ей хотелось есть. И еще она была охвачена ужасом. Ее глаза метались по комнате. Из ванной не доносилось ни звука.

— Что он с ними делает? — прошептала она.

Тони пожал плечами.

— Сейчас он с ними беседует.

— О чем?

— Задает им вопросы о том, что они любят, а что нет. С точки зрения физической боли. Он обожает заниматься подобными вещами.

— Господи, почему?

Тони улыбнулся.

— Он считает, что разрешить жертве выбирать свою судьбу — это демократично.

Мэрилин содрогнулась.

— Почему он не может их просто отпустить? Они решили, что Шерил — жертва жестокого обращения мужа, вот и все. Они ничего о нем не знали.

— Ну, довольно скоро они многое о нем узнают, — ответил Тони. — Он заставит их выбрать число. Они никогда не знают, что лучше, ведь им неизвестно, зачем это нужно. Им кажется, что они могут его ублажить, если выберут правильно. Они не понимают, что это им не поможет.

— Неужели он не может их просто отпустить? Возможно, позднее?

Тони отрицательно покачал головой.

— Нет, сейчас он очень напряжен. А это поможет ему расслабиться. Такая терапия.

Мэрилин долго молчала. Но потом не выдержала и задала вопрос:

— А зачем нужно число? — прошептала она.

— Оно определяет, сколько часов они будут умирать, — ответил Тони. — Тот, кто выбирает большое число, приходит в ужас, когда узнает правду.

— Вы ублюдки.

— Один парень выбрал сто, но мы отпустили его через десять.

— Ублюдки.

— Но вас он не станет заставлять выбирать числа. На вас у него другие планы.

Полная тишина в ванной.

— Он безумен, — прошептала Мэрилин.

Тони пожал плечами.

— Может быть, немного. Но мне он нравится. В его жизни было много боли. Мне кажется, именно по этой причине его так интересует боль.

Мэрилин с ужасом посмотрела на него. Затем со стороны дубовой двери, выходящей к лифтам, раздался звонок. В жуткой тишине офиса он прозвучал очень громко. Тони и коренастый мужчина с дробовиком повернулись к двери.

— Проверь, — бросил Тони.

Он сунул руку в карман, вытащил пистолет и навел его на Честера и Мэрилин. Его напарник с дробовиком вскочил с дивана, поспешно вышел в приемную и закрыл за собой дверь. В офисе вновь стало тихо. Тони подошел к двери в ванную, постучал в нее рукоятью пистолета, слегка приоткрыл и засунул голову внутрь.