– Куда ты? – крикнула ей вдогонку Милдред и поторопилась вслед за ней.

– Я вызвала такси. Найду в конторе Боба, все ему выскажу, а потом сразу же уеду. – Уже снизу Сильвия крикнула: – Возьму там свою старую машину!

– Нет, постой! Прошу тебя… – почти простонала Милдред.

Но Сильвия, не слушая мать, вышла за дверь и заторопилась к ожидавшему ее такси.

8

Сильвия очень редко брала такси: в Шейкер Хайте было принято ездить на своем транспорте. Даже в аэропорт его обитатели всегда отправлялись на своей машине и оставляли ее на долгосрочной стоянке. Ждавшее Сильвию такси было голубое – снаружи и внутри: и видавший виды кузов, и виниловые сиденья, и грязные коврики на полу. Забираясь внутрь, Сильвия подумала, что голубой цвет как нельзя лучше подходит к ее настроению. Шофер и не подумал помочь ей с чемоданом, поэтому она сама затащила его на заднее сиденье. И сказала себе, что надо привыкать делать все самой.

– Куда? – лаконично поинтересовался таксист.

– Лонгворт-авеню, фирма Крэндела, – назвала она адрес.

Сильвии был виден только затылок шофера и какая-то странная шляпа, лихо надвинутая на глаза. Она тоже была голубого цвета и формой напоминала сморщенный гриб. Когда машина тронулась, Сильвия наклонилась вперед, стараясь поймать его взгляд в зеркало заднего вида.

– Скажите, – неожиданно для самой себя спросила она, – вы когда-нибудь изменяли жене?

– Насколько я помню – нет, – невозмутимо ответил шофер, и Сильвия удивленно подняла брови.

– Мне кажется, вы должны были бы помнить, если бы такое случилось! – выпалила она.

– Мог и забыть, если был сильно пьян, – спокойно возразил шофер. – Это не значит, что я выпиваю. С этим кончено. Да и с женой я давно развелся…

Сильвия попросила водителя свернуть в переулок, не доезжая до главных ворот. Большую часть пути она читала ему нотации и под конец посоветовала вести себя более вежливо. В результате он помог ей выйти из машины и даже подал чемодан – то ли ее нравоучения возымели действие, то ли он был несказанно рад, что, наконец, от нее отделался.

Сильвия полезла в кошелек, размышляя, сколько ей заплатить чаевых: у нее было мало опыта в таких делах. С одной стороны, поездка была ужасной, но с другой – она и сама вела себя не лучше. В конце концов, он привез ее, куда она просила, да еще терпел ее нападки… Сильвия отдала причитающуюся с нее сумму и достала еще два доллара.

– А это вам компенсация за то, что я обозвала вас подонком и, кажется, большим кретином. Извините меня. – Она снова полезла в сумочку и достала еще два доллара. – Ну, а это за то, что вы сказали, будто я все еще красивая.

– Спасибо, леди, – расплылся в улыбке шофер.

Но Сильвия недолго оставалась одна на тротуаре: как только такси тронулось, рядом с ней остановилась машина Милдред.

– Клади чемодан на заднее сиденье и садись! – скомандовала она. – И не надо спорить.

Таким тоном мать разговаривала с ней, когда Сильвия училась в седьмом классе. Она автоматически подчинилась. Когда Сильвия села, Милдред подняла стекло и повернулась к дочери:

– Ну, вот и хорошо. Все еще жаждешь ссоры с Бобом?

Сильвия молча кивнула и потрясла конвертом с «уликами».

– Глупенькая! Если на кого и стоит нападать, так это на его подружку. Давай-ка подумаем, что мы можем предпринять.

– Мама, но здесь дело не в соперничестве двух женщин из-за одного мужчины! Суть в том, что Боб мне лгал, поставил меня в глупое положение, а я верила ему, как последняя дура…

Милдред понимающе вздохнула, сочувственно покачала головой, но возразить не успела: мимо них на приличной скорости пронеслась Прелестная Малютка.