Клео с Лином о чем-то тихо переговаривались, забравшись в угол каюты и отгородившись от остальных полупрозрачной невысокой стеночкой. Проснувшийся Пятый вставать не спешил, лежал, положив руки под голову, и отрешенно смотрел в потолок.

– Рауль, – позвал он, – подойди, а?

– Я тут, – Рауль подошел и сел рядом с ним. «Кровать» расширилась, образовывая сиденье. – Ты что-то хотел сказать?

– Да… – помедлив, ответил Пятый. – Хотел. Я хотел извиниться.

– За что? – удивленно поднял брови Рауль.

– За то, что было сегодня… И еще будет. – В голосе Пятого появилась тоска. – Как тебе деление мира на плохих и хороших, Рауль? Работает?

– Я никогда не делил мир на плохих и хороших, Пятый. Черно-белый мир – это не ко мне. Что ты опять загрустил? Чего боишься? У тебя тоже плохое предчувствие?

– И у тебя, да? – спросил Пятый. Сел, запустил руки в волосы, застонал сквозь зубы. – Чем дальше, тем хуже, Рауль. И опять я виноват. И мне опять платить.

– Слушай. – Рауль пододвинулся к нему поближе, взял за плечо. – Я понимаю, что нелегка жизнь Сэфес, но, по-моему, ты слишком уж мучительно себя глодаешь. Ну, зачем эта рефлексия? Что ты как томная дева, честное слово. В чем особенном ты виноват?

Пятый встал, невесело усмехнулся, прошелся по каюте, разминаясь.

– Забавно, – констатировал он. – Несколько сотен жизней – и все равно рефлексия. Во всем происходящем, Рауль. С начала – и до конца. Я, конечно, могу не показывать, но от этого всё равно никуда не денешься. Знаешь, что сейчас делает Керр?

– Так ты можешь за нею наблюдать? – поразился Рауль. – Что же ты молчал?

– Не за ней. За узлом. Сиур закрыт, Рауль, и блокировку снимать опасно. В миры сиура она теперь тоже не сможет попасть. Черт, кажется, мы фатально ошиблись. Впрочем, результат всё равно будет одинаковый.

– Это становится уже интересным. – К ним подошел Клео. – Рассказывай. Рассказывай все, что знаешь.

– Ей надо как-то противостоять узлу, сиуру… и нам. – Пятый снова лег. – Если мы снимем блокировку, она тут же дестабилизирует сиур. Не снимем… а мы не снимем… Это всё бесполезно, Рауль. Она нас перехитрила. Сделала, если угодно.

– Я вам давно говорил, что она серьезный специалист своего дела, – кивнул Клео. – Не удивлен. Хорошо. Главный вопрос – вы сумели, наконец, понять, какую цель она преследует всем своим демаршем?

– А ты не понял? – спросил подошедший Лин. – В жизни не поверю.

– Попасть в родной мир, – кивнул Клео. – Это понятно. Но зачем? Я могу предполагать, например, что она жаждет вернуть себе прежнее влияние, которое потеряла при новом зонировании.

– Да нет, всё проще, – ответил Пятый. – Она попробовала убить нас, у нее не получилось. И она просто… пошла домой. Вот и всё.

Тут уже и у Рауля брови поползли вверх.

– Просто пошла домой?!

– Ага, – ответил Лин. – А что тут такого?

– Извини, – сухо сказал Клео, – но в это «просто» я не верю. У этой женщины совершенно не тот склад личности. Керр не станет руководствоваться сентиментальными чувствами.

– Сат-онвэе она послала, с карьерой рассталась почти сразу после прихода Блэки, – принялся перечислять Пятый, но Лин его перебил:

– Ей на всех плевать, Клео.