Дженни была раздражена. Она сверлила меня взглядом, пока я забиралась в машину. Мое тело не подчинялось мне, поэтому я предложила Дженни сесть за руль, и она проворчала, заводя двигатель:

— Ну, какие у тебя оправдания, что тебя не было девятнадцать минут? Когда он открыл дверь, выглядел так, словно ты хорошенько приложила его чем-то тяжелым по голове. Что ты с ним сделала?

Я бросила рюкзак на заднее сиденье, наконец-то вздыхая полной грудью.

— Не знаю, что случилось. Я словно… не была собой. Он вышел из душа, и я…

— Эй, притормози, — Дженни рассмеялась, — если это будет что-то запрещенное не рассказывай мне.

Я продолжила, не слыша ее:

— Не знаю… когда он подошел ко мне внутри меня все словно… рванулось ему навстречу…

— Ты действительно влюбилась в него? — у Дженни отвисла челюсть. Она несколько раз открыла и закрыла рот, а потом жарко воскликнула: — Когда вы наконец-то будете вместе, ты можешь мне назвать дату?

— Нет, потому что я не могу думать ни о чем другом, пока человек, который напал на Джессику, (и на меня), на свободе.

Дженни с сарказмом протянула:

— Ну, да, когда я увидела тебя и Кэри, не похоже было, что ты можешь думать только о маньяке. В общем, расскажешь все дома, в подробностях. Я не могу в полной мере рассмотреть выражение твоего лица, не рискуя въехать в первый придорожный столб.

Я ощутила легкое покалывание где-то в затылке, и выглянула в боковое окно. У дома Саммерсов, мимо которого мы проезжали, под ивой, сбросившей листья, стоял душитель. Чутье мне подсказало, что это — именно он. Я ткнула пальцем в стекло:

— Дженни, ты видишь того типа?!

Она глянула в окно. С ее губ сорвался смешок:

— Ты же не думаешь, что это Кэри шпионит за тобой.

Я даже не улыбнулась:

— Ты видишь его?

— Скай, что с тобой? Конечно, я вижу его. — Она обеспокоенно покосилась на меня: — Ты в порядке?

— Я… я думала, что у меня галлюцинации.

— Почему ты думала, что у тебя галлюцинации?

Я покачала головой. Это было странно. Реальность и вымысел — все смешалось в моей голове. Я уже не знаю, что правда, а что нет.

— Скай, у тебя галлюцинации? — Дженни, схватила меня щупальцами настойчивости, и не отпускала. — Ты сказала о нем кому-нибудь? Ты говорила с доктором Грейсон?

— Да, — смущенно протянула я. Это не входило в мои планы — рассказывать о своем безумстве кому бы то ни было. — Из ее слов выходит, что это нормальная реакция на стресс.

Дженни изумлено покачала головой:

— Может, она и права, и это нормальная реакция на стресс, но мне кажется, таким образом твой стресс только усугубится — если ты не будешь знать, где настоящий человек, а где выдуманный. Это ведь так произносится?.. — Дженни взволнованно продолжала бормотать. — Ты должна сказать родителям. Должна сказать Биллу, что кто-то все еще следит за тобой.

— Я не знаю, как это сделать. Они целый год ожидали от меня каких-нибудь фокусов, ждали, когда я выкину что-то, несвойственное мне, и теперь, когда они наконец-то успокоились, и ведут себя со мной, почти как с нормальным человеком, я скажу, что меня преследуют галлюцинации?

— Конечно, — удивилась Джен. — В этом городе творится что-то преступное. На Джессику напали, за тобой следят, Кэри вернулся…

— Ладно, — мне не хотелось, чтобы речь вновь зашла о Кэри Хейле, и вообще о чем-то что тревожит меня. — Я больше не хочу говорить о галлюцинациях, особенно после того, какой разнос устроила мне мама, после возвращения домой.