Он встал, и пришел ко мне. Опустился на табурет, и наклонился вперед, чтобы видеть меня. Он по-прежнему был в очках.

— Мне кажется, тебя что-то беспокоит, — сделал вывод он. Я открыла ноутбук, но тут же закрыла его, выдыхая.

— Я пришла сюда, чтобы побыть наедине, но видимо и это у меня не получится.

— И это? — уточнил он, тихим, бархатистым тоном. — Значит, у тебя не получается что-то еще? — Я посмотрела на него: «он это серьезно?» взглядом, и он усмехнулся: — Хочешь сказать, ты бы хотела держаться от меня подальше, но у тебя это не получается?

— Ты хорошо знаешь меня. — Я решила не позволять ему смутить меня. Не сегодня, когда мне надо над многим подумать.

— Да, это так, — протянул он, снимая очки, и слаживая их. — Наверное, это пугает тебя, верно?

Я посмотрела на него, пытаясь разгадать, о чем в действительности думает этот парень.

— Да, — призналась я. — Иногда мне кажется, что ты знаешь обо мне все. И даже больше, чем можно. Больше меня. Иногда мне кажется, что ты следишь за мной.

Я боялась, что на его лице сейчас отразится гримаса удивления, или «ты точно чокнутая», но он мягко усмехнулся:

— Ну, это ведь ты переехала сегодня, верно?

— Ну, — притворно возмутилась я, не сумев скрыть улыбки. — Ты же не думаешь, что это было подстроено мной изначально?

Кэри Хейл улыбнулся, подперев левую сторону лица рукой:

— Они знали, что я здесь живу. Твои родители.

Он имеет в виду, что мои родители доверяют ему настолько, что их не смутило, что я буду жить с ним в одном доме?

— Так ты не рада, что ты здесь?

— Ты мне и скажи. Ты ведь знаешь обо мне все.

Он встал, медленно обходя барную стойку.

— Я собираюсь сделать тебе горячий шоколад, потому что ты замерзла, — объявил он, доставая с верхних полок чашку. Значит, он знает, что я люблю горячий шоколад. Что еще знает этот парень?

Поставив на плиту чайник, он обернулся, опершись в столешницу. Он не пытался ко мне наклоняться, и я почувствовала себя уютно — когда я встречалась с Шоном, он все время лез ко мне. Кэри Хейл даже не старается приблизиться. Он хочет, чтобы я доверяла ему.

— Я думаю, что ты не хотела бы быть здесь. Ты чувствуешь себя обремененной. Если привяжешься к этой семье, почувствуешь себя в ловушке. — Я сглотнула. У меня ни за что не получилось бы выразить то, что я чувствую, словами, но то, что говорит Кэри Хейл, кажется… словно он прочел мои чувства, и ощущения. — Но ты здесь. Из-за меня.

Ну вот, и все мое очарование им развеялось.

— О, вот как? — я с сарказмом вскинула брови. — На мгновение я даже подумала, что ты будешь вести себя как нормальный парень.

Не обращая внимания на мои слова, он, снисходительно улыбаясь, обошел барную стойку, и склонился надо мной. Я отклонилась назад, игнорируя сердце волнительно забившееся в груди.

— Ты приехала, потому что я заинтересовал тебя. Как никто раньше. И ты думаешь, что, сблизившись, сможешь найти ответы на все свои вопросы, — он наклонился ко мне еще сильнее, и я почувствовала, как его отросшая челка щекочет мне лоб. — Или, может, ты просто чувствуешь что-то ко мне, и чтобы не запутаться в своих чувствах, пытаешься напоминать себе каждый раз, когда ты со мной, что я для тебя представляю какую-то угрозу.

Я не могла дышать, словно в моем горле застряла кость. Кость по имени Кэри Хейл.