Катрина с благодарностью приняла напиток, а Винсент вернулся к своему собеседнику. Девушка отхлебнула пиво и принялась осматриваться, пытаясь определить, здесь ли Зак, и тут услышала, как кто-то совсем рядом со смешком произносит его имя. Похоже, ее горе-попутчик служит здесь привычным объектом для насмешек. Говорящим оказался учитель музыки по имени Грэм — обладатель огромной копны рыжих волос, закрученных усов и пышных бакенбард.

— В общем, он сходил к барной стойке и вернулся, — вдохновенно продолжал рассказчик. — Мы в это время зависали в салоне, дулись в «Двойного дракона» на игровом автомате. И вот я надираю всем задницу, да и Зак тоже неплохо справляется, и вдруг ни с того ни с сего этот долбаный кретин заблевывает весь автомат! — Грэм снова рассмеялся. — Черт, ну что ты будешь делать! Наверное, сюда его больше не пускают.

— Похоже, анафему с него сняли, — заметила Моника, стоявшая рядом с Грэмом. — Когда я ходила в туалет, видела его за бильярдным столом.

— Готов поспорить, играл он сам с собой, — отозвался учитель музыки. — Кто этого зануду вытерпит!

Катрина извинилась и вернулась в большой зал. Как оказалось, бильярдные столы стояли возле входа, по соседству со столом для аэрохоккея. На эту часть зала она вначале попросту не обратила внимания.

Девушка направилась к столам и обнаружила, что Зак развлекается не игрой в бильярд, а метанием дротиков. Он явно заметил ее приближение, однако виду не подал и продолжал один за другим кидать дротики в пробковую мишень.

Катрина подошла к нему:

— Привет, Зак.

— Привет, — отозвался парень, по-прежнему избегая смотреть на нее.

Я подумала, почему бы нам не переговорить с глазу на глаз.

— За чем же дело стало? — пожал он плечами и метнул очередной дротик.

— Слушайте, — Катрина покосилась на стол учителей, — не знаю, что произошло тогда на шоссе, да мне и дела нет. Давайте просто забудем об этом. Начнем с чистого листа, хорошо?

— С чистого листа, вот как? Хм, даже не знаю.

— Что значит даже не знаете? — нахмурилась девушка.

— С чистого листа… Не так уж это и просто. — Зак бросил еще один дротик.

— Зак, вы издеваетесь? — прошипела Катрина.

— Издеваюсь? — Последний дротик поразил мишень. Пятнадцатый сектор на внутреннем узком круге принес парню сорок пять очков.

— Да вы хоть помните, что произошло в машине?

Парень наконец-то удостоил собеседницу взглядом:

— Помню, что меня выставили из тачки под проливной дождь. Черт, такое не забудешь!

— Вы не выходили, когда я вас просила, да еще попытались прикоснуться ко мне.

— Ничего подобного! Я не пытался.

— Слушайте, как я уже сказала, мне до этого дела нет. Что было, то было. Давайте просто позабудем об этом.

— Я требую извинений, — заявил Зак.

Катрина уставилась на него, не веря своим ушам.

А он наполнил кружку из кувшина — который, судя по всему, методично опустошал в гордом одиночестве — и, не отрывая от девушки глаз, принялся потягивать пиво.

— Вы требуете извинений? — наконец выдавила та.

— За то, что выгнали меня из машины. — С этими словами Зак направился к мишени собирать дротики. В этот момент к соседнему бильярдному столу подошли двое учителей, постарше Катрины, — их имена она уже благополучно забыла — и установили шары в пирамиду.

— Хорошо, — выпалила девушка, когда Зак вернулся.