ПОГРАНИЧНЫЕ ПСИХОТИЧЕСКИЕ СОСТОЯНИЯ И ЭНДОГЕННЫЕ ПСИХОЗЫ

Психиатрических пациентов с пограничным и выраженным психотическим состоянием не обязательно исключать из числа кандидатов на прохождение психоделической терапии. Хотя клинические переживания пациентов с шизофренией и другими психозами в ходе лечения с использованием ЛСД  довольно ограничены, можно сделать некоторые общие выводы.  В целом прогноз у психотических индивидов лучше, чем у некоторых невротиков с обостренной защитой, особенно у обсессивно-компульсивных пациентов. Однако это заявление условно и требует прояснения и уточнения. ЛСД работа с индивидами, страдающими от острых нарушений – это очень затратный и напряженный процесс, который требует специальной подготовки и обучения. Никому, у кого нет достаточного опыта проведения ЛСД сессий у «нормальных» и невротических индивидов, не следует за нее браться. Интервалы между сессиями характеризуются резкой экстериоризацией и усилением различных психотических симптомов. В некоторых критических случаях внутренние переживания и поведение клиента во время психоделического процесса могли почти полностью сосредотачиваться на терапевте  в виде какого-то «психоза переноса». Для того чтобы работать с такими случаями абсолютно необходимо специальное лечебное учреждение с обученным персоналом и круглосуточным наблюдением.

Глубокие корни шизофренической симптоматологии можно всегда найти в различных перинатальных матрицах  и в негативных трансперсональных переживаниях. Терапевт, который сопровождает психотического пациента в его сложном путешествии, вызванном ЛСД, должен оставаться спокойным и сосредоточенным во время всего процесса, который временами начинает напоминать  дикие эмоциональные и  идейные американские горки. В силу того, что он (процесс) оказывается исключительно важным не только для ЛСД терапии шизофрении, но и для общего понимания динамики психоза, я проиллюстрирую его историей Милады.

Милада была 38летней женщиной-психологом, которая многие годы до начала ЛСД лечения страдала от сложного невротического расстройства, включающего ряд обсессивно-компульсивных, органо-еневротических и конверсивно-истерических симптомов. Она начала систематическое психоаналитическое лечение, но через четыре месяца ей пришлось лечь в больницу из-за того, что у нее развились острые психотические симптомы. Важной частью ее клинической симптоматологии была эротоманическая бредовая система. Милада была уверена, что ее работодатель был влюблен в нее, и она сама чувствовала непреодолимую страсть и сексуальное желание по отношению к нему. Она ощущала с ним странную эротическую и духовную общность и была уверена, что он разделяет ее чувства, хотя внешне они придерживались формального социального взаимодействия. Через несколько недель у нее появились галлюцинации – голос ее воображаемого любовника. В этих галлюцинациях она слышала, как он подробно описывает его страстное к ней чувство, обещает ей прекрасную совместную жизни в будущем и дает ей советы и подсказки. В вечерние и ночные часы Милада  переживала сильные сексуальные ощущения, которые она объясняла как взаимодействие на расстоянии, волшебным образом совершаемые ее «любовником». Хотя в реальных сексуальных ситуациях она всегда была фригидной, во время этих эпизодов она переживала оргастические чувства космических масштабов.

Госпитализация Милады стала неизбежной, когда она начала действовать под влиянием своего бреда и галлюцинаций. Однажды утром она ушла от мужа и вместе со своими детьми попыталась вселиться в квартиру своего работодателя, где подралась с его женой. Ее решение основывалось на его «голосе», который якобы сказал ей, что они оба должны готовиться к разводу, чтобы получить возможность жить вместе.