– Ну да ладно… Не буду вас задерживать. Выпейте чашечку чая. Думаю, у вас пересохло в горле. Приятно было с вами познакомиться, Мэтти Белл.

Матильда наблюдала за тем, как толпа стариков расступилась, словно воды Красного моря, пропуская Рэни к столам с вещами из «Белл Бибопа».

«Хотелось бы мне в ее возрасте оставаться настолько же уверенной в себе», – пронеслось в голове у Матильды.

– Превосходная презентация, мисс Белл.

К ней, улыбаясь, шел Уильям Ланкастер, неся две чашки на блюдцах.

– Я взял на себя смелость принести вам чашечку чая.

– Очень мило с вашей стороны, спасибо.

– Вижу, вы познакомились с нашей знаменитостью.

Мужчина кивнул в сторону пожилой леди в красном.

– Яркая личность, – сказала Мэтти.

– Рэни куда больше этого. В свое время она была довольно знаменита. Певица. В пятидесятые годы выступала вместе с «Серебряной пятеркой». Вы слышали об этом ансамбле?

Мэтти показалось, что все вокруг замерло.

– «Серебряная пятерка»?

Ошибочно приняв ее заминку за непонимание, доктор Ланкастер продолжил:

– Их сейчас не так часто вспоминают, как иные ансамбли того же периода, хотя некоторые из их песен впоследствии исполняли другие певцы. Кажется, Том Джонс когда-то пел «Ты любишь меня». Их помнят главным образом благодаря этой песне. В пятидесятых наша Рэни была восходящей звездой британского рок-н-ролла. В семидесятые, помнится, она работала на телевидении в разных шоу с Силлой Блэк и Лулу.

Мэтти столько раз слышала историю «Серебряной пятерки», что могла бы рассказать ее наизусть. Дедушка Джо влюбился в их музыку, когда был двадцатилетним парнем, и на протяжении долгих лет оставался одним из немногих истинных поклонников этой группы. Виниловые пластинки с записями их песен он считал одним из самых больших своих достояний. Если бы он не порвал все связи с Мэтти незадолго до своей смерти, эти пластинки сейчас наверняка достались бы ей. «Я был самым большим их фанатом», – вспомнила она его слова. Сердце женщины сжалось в груди, когда в памяти зазвучал его голос: «Если бы мне удалось хоть раз увидеть их вживую! Я не смог попасть на концерт «Серебряной пятерки», а потом оказалось, что это было их последнее выступление». Говоря это, дед выглядел ужасно несчастным. В его бледно-голубых глазах мелькала тень разочарования, пережитого молодым человеком, каким он когда-то был. Потом дедушка успокаивался, ставил одну из пластинок на поскрипывающую при движении вертушку своего обожаемого проигрывателя и, взяв Мэтти за руку, вел внучку в танце, сливаясь в гармонии со сладкими звуками музыки и веселыми, озорными ритмами песен.

Матильда перевела взгляд на пожилых людей, которые рассматривали вещи из магазина. Рэни ярко выделялась на их фоне, но дело было не только в ее одежде. Казалось, что она купается в свете. За каждым ее движением внимательно наблюдали окружающие. Дедушка Джо называл подобное свойство человеческой личности «заревом “Рэди-Брэйк”». Воспоминание о дедушке отдалось болью в сердце. Она быстро опустила глаза, уставившись на свой недопитый чай.

– Э-э-э… Позвольте я принесу вам еще чашечку? После произнесенной вами чудесной речи вы, должно быть, испытываете жажду, – предложил доктор Ланкастер, решив, что странность ее поведения вызвана жаждой.

Он взял чашку у Мэтти из рук и поспешил к толпящимся постояльцам дома престарелых.