|
– Хм, то есть теперь, когда ты все это рассказал, можно начинать делать глупости, так, что ли? – спросила Настя и сама себя поправила: – Извини, я все еще немножко не в себе после перелета и после всего остального… Временный глава семьи Андерсонов – это кто? – Разумеется, Амбер. Вы же оставили ее за себя, разве не помните? – Амбер вышла на поединок? – Да. Если это можно назвать поединком. Он длился всего сорок секунд, а потом Амбер оказалась в реанимации. – О боже. – Раз она жива, выходит, что бог пока на ее стороне. Могло быть и хуже. Насте не понравилась эта фраза Смайли. Гном раньше никогда не был склонен к упоминанию высших сил, и эта перемена в нем показалась Насте нехорошим знаком. Смайли как будто готовился снять с себя ответственность за происходящее и переложить все на волю богов, судьбы или кого- то еще невидимого, но могущественного. Настя вздохнула, собираясь с силами для вдохновляющей речи, которая должна была наставить Роберта Д. Смайли на путь истинный, но тут же поняла – у нее самой не хватит вдохновения и уверенности для такой речи. Она сама в полушаге от того, чтобы скрестить руки, усесться в кресло и превратиться в обычного зрителя. Надо было вернуться к чему-то попроще и поконкретнее. – Значит, вампиры требуют голову Дениса? – Да. Они подозревают, что лично вы устроили его исчезновение. Поэтому давить будут лично на вас, принцесса. – И они хотят отказаться от всех предыдущих договоров? – Да. – Что это значит? Что будет, когда они откажутся от всех прежних договоров? – Они станут жить по собственным законам. Не считаясь со всеми прочими расами. – То есть они станут нападать на людей? – Не все, но некоторые кланы станут. Несомненно. – А люди в ответ начнут охотиться на вампиров? – Да. – То есть речь идет о войне, Роберт. – Пожалуй. – Я не могу этого допустить. Я очень сожалею, что опоздала, но я не могла поступить иначе тогда, и я не могу поступить иначе сейчас. – Что вы имеете в виду, принцесса? – Я потребую повторения поединка. Амбер не должна была выходить на бой, это не ее дело, это мое дело. Мое или Утера, но поскольку Утер не в состоянии… Смайли вздохнул. – Что? – не поняла Настя. – Король только что потерял сына, а теперь и его дочь оказалась между жизнью и смертью. Это тяжело. – Я понимаю. – И еще кое-что. Он считает виноватой во всем тебя. – Понятно, – сказала Настя. – Я потом с этим разберусь. А пока мне нужно организовать повторный поединок, и еще я должна поговорить с послом Дитрихом и главами кланов, чтобы привести их в чувство и объяснить, что эти дурацкие выходки совершенно неуместны сейчас. Мы привезли Елизавету, мы видели, как был уничтожен Люциус, и этого должно быть доста… Это еще что такое? Из здания аэропорта вышли десятка два молодых мужчин с чемоданами и сумками. Они были одеты в штатское, но все же что-то заставляло их двигаться колонной по двое. Некоторые лица были Насте знакомы, и она недоуменно повернулась к Смайли: – Мне казалось, что у нас нечто вроде чрезвычайного положения. Не лучшее время отправлять гвардейцев в отпуск, разве нет? – Это не отпуск. – Тогда объясни мне, что это. |
