|
На самом же деле в апартаментах Утера все выглядело совсем не так. Особенно Насте не понравился ручной пулемет, который стоял в углу. – Подарок Гарджели, – пояснил Утер, меланхолично разглядывая этикетку на пустой винной бутылке. – У его парней слишком много оружия. Они решили со мной поделиться. – Отлично, – Настя опасливо покосилась на большую черную штуку, замершую до поры до времени в углу. В комнате, полной старых портретов и еще более старых доспехов, пулемет смотрелся не как подарок Гарджели, а как инопланетный артефакт. – И кто из вас двоих собирается из него стрелять? Смайли и Утер обменялись взглядами типа «вот видишь, об этом я тебе и говорил». – Я имею в виду, – поправилась Настя. – Что вы, ваше величество, еще не совсем оправились от ран… – То есть ты не имела в виду, что раз пулемет больше меня в два раза, то я… – как бы сдерживая из последних сил обиду, проговорил Смайли. – Нет, Роберт, я совсем не собиралась сравнивать ваши размеры. А что это ты делаешь? Смайли посмотрел на нее красными от недосыпа глазами, вздохнул и прижал к лицу круглую жестянку из-под растворимого кофе. – Он пытается держаться, Анастасия, – пояснил Утер. – Как и все мы. – Мне кажется, это не самый лучший способ… – Придумаешь лучше – заходи, – просто сказал король. – Ты где была ночью? – Спала. В основном. – Спала? – Утер вытащил откуда-то еще одну бутылку, изучающее посмотрел на нее и поставил на стол перед собой, между книгами и пистолетом. – Надо же, у тебя нервы крепче, чем у меня. – Дело не в нервах. Я просто устала. «И я надеялась, что утро вечера мудренее. Зря». – Я тоже устал от всего от этого, – пробормотал король, – но уснуть мне не дали. Вот он, – Утер ткнул в плечо Смайли. – Всю ночь приносил новости, и ни одна из этих новостей не была хорошей. Оказалось, что на время Настиного сна мир не перестал вращаться. Запущенная Леонардом череда безумств, убийств и преступных глупостей продолжалась повсюду в реальном мире, а затем и на всех телевизионных каналах. Вокруг замка тоже было неспокойно. Людей становилось все больше, задние напирали на передних, некоторые не выдерживали и падали, чтобы тут же быть затоптанными. Кто-то из охранников предложил перестрелять несчастных, чтобы сократить их страдания, но ему не без оснований заметили, что патронов для этой гуманной миссии не хватит. А касательно страданий… Пролежав несколько часов в наручниках, королевский секретарь взорвался изнутри, забрызгав зеленой, гнилостно пахнущей субстанцией своих охранников, стены, пол, потолок и пейзаж второй половины XIX века. – Как Покровский, – напомнила Настя. – Как бомба, – возразил Утер. – Будем надеяться, что эта штука не передается через кожу, иначе те двое охранников тоже превратятся в зомби. – Но Покровский прожил с этой штукой несколько месяцев. Правда, в подвале. – Секретарю отдали приказ, – Смайли наконец оторвался от жестянки. – Приказ – идти и долбить пол во дворце. Поскольку он был скован, то не мог исполнить приказ. В итоге – внутренний конфликт с летальным исходом. – А эти, которые снаружи… Они ведь не взрываются? Ведь у них пока тоже не получается исполнить приказ. – Взрываются, – сказал Смайли. |
