|
Тот вежливо улыбнулся: – Делаем все, что в наших силах. Но на этом улыбки закончились, Армандо повернулся к Насте и заговорил шепотом, подразумевавшим наличие поблизости неких неприятностей, то ли уже случившихся, то ли нетерпеливо переминающихся за дверью. – Она – ваш официальный гость? – уточнил Армандо. – Да, ты же видишь медальон у нее на шее. – Два других ваших официальных гостя? – М-м… С гостями вышло странно. Протокол предусматривал, что со стороны невесты на церемонии могут присутствовать до пятидесяти гостей. Когда Настя об этом узнала, она покрутила пальцем у виска. Амбер посмотрела на нее и повторила жест: – Ты хочешь показаться эксцентричной или хочешь показаться нелюдимой сиротой? Анастасия, это свадьба. Это радостное событие. Ты хочешь разделить эту радость с близкими тебе людьми. То есть я хочу сказать, что если бы ты была нормальным человеком, ты бы хотела разделить эту радость с близкими тебе людьми. – Я не наберу пятьдесят близких мне людей. Я и десяток-то не наберу, – призналась Настя. – Понятие «близкий» весьма относительно, – пустилась в разъяснения Амбер. – Из двухсот гостей со стороны Дениса сам он вряд ли знает даже половину. Дальние родственники, постоянно проживающие на других континентах, дипломаты со своими семьями, бизнесмены, религиозные деятели… Правильнее будет сказать, что это люди, близкие королю и мистеру Фишеру. Ну и ты, конечно же, понимаешь, что слово «люди» нужно взять в кавычки. Это будет пестрая компания, Настя. Ты со своей стороны… – У меня нет знакомых дипломатов и религиозных деятелей. А радость этого события я разделю с Денисом. С королем Утером. И с тобой, Амбер, как бы жутко это ни звучало. – Родители? Друзья? У тебя нет ни тех, ни других? Или ты собираешься сжечь мосты, оставить прошлое за бортом? Твое право, но будет лучше, если все-таки в этот день ты будешь не одна… – Я буду не одна, – упрямо повторила Настя. – Я много кого знаю в Лионее. Амбер вздохнула, и Настя поняла, что королевская дочь права и что мосты не следует поджигать, они развалятся сами собой, дай только срок. И что раз у нее есть возможность поделиться радостью, то наверняка есть люди, заждавшиеся этой внезапной радости. Монахова согласилась сразу, как только услышала фразу «все расходы за наш счет». Потом Настя послала ей по электронной почте фотографии дворца, отеля «Оверлук», заготовленного для Ирки номера в «Оверлуке», и Монахова подтвердила свое согласие в буйном послании со множеством смайликов и восклицательных знаков. Еще две девчонки, с которыми Настя дружила на первом курсе, отнеслись к приглашению подозрительно, как будто их пытались заманить в ловушку и продать в какой-нибудь ближневосточный гарем. Настина двоюродная сестра на письмо не ответила, несколько других кандидатур тоже отпали, и за месяц до свадьбы в списке гостей значилась одна лишь Монахова. – Это уже большой прогресс, – сказала Амбер, взглянув на лист бумаги с единственным именем. – Ты нашла близкого человека. Монахова Ирина… Это ведь женщина, да? – Учились вместе, – пояснила Настя. – А, колледж, понятно, – улыбнулась Амбер. – Кто из нас не экспериментировал в колледже! Что же, пусть женщина по имени Ирина пакует чемоданы, а сорок девять вакантных мест… Скажем, что это твой свадебный подарок бюджету Лионеи, внеплановая экономия средств. |
