– Я же говорил, что это водный мир, – усмехнулся он.

– Ты хочешь сказать, что вода… не только здесь? – растерялась Мира.

– Я хочу сказать, что весь этот мир – вода, а то, на чем мы стоим – нечто вроде скорлупы на нем, раз уж образные сравнения вам ближе.

– Но как такое возможно? – спросил Сатурио.

– Если только у планеты нет тотемного божества, способного дать ответы, разбираться придется самостоятельно. А теперь рекомендую всем присутствующим очень, очень медленно, без резких движений отойти от края пролома.

Гюрза произнес это так же ровно, как и все остальное. Он не менял интонацию, ни один мускул на дрогнул на его лице, и все равно Сатурио почувствовал необъяснимую тревогу. Он перевел взгляд на воду, пытаясь понять, что могло повлиять на маньяка.

Вода уже не была черной. Сначала кочевнику показалось, что дело не в ней, просто сюда добрались лучи бесконечно далекого солнца, играют в обнажившихся волнах. А может, в проломе отразилась оранжевая часть неба? В любом случае, там просматривалось нечто янтарное, теплое, как свет из глубины…

Нет. Не «как». Светлое пятно действительно приближалось с глубины, привлеченное то ли шумом, который устроили роботы, то ли светом, прорвавшимся сквозь оболочку луны. Сатурио не успел в полной мере осознать это, не нашел нужные слова для вопроса…

А потом весь пролом закрыл собой огромный золотой глаз.

* * *

На совещании Мира никак не могла сосредоточиться. Она понимала, что это важно, что отчитываться нужно не только перед временным руководством экспедиции, им удалось установить прямую связь со станцией – с учетом энергетических бурь, которыми щедро осыпала свои луны материнская планета, такое получалось не всегда. И теперь Елена Согард вместе с помощниками тоже присоединилась к обсуждению.

Мира даже слушала других, просто участвовать в их беседе не могла. Память снова и снова возвращала ее к существу, выглядывающему из воды, а воображение не слишком услужливо дорисовывало все остальное. Иногда – как кошмар, который погубит их всех. Иногда – как первый контакт с чем-то большим, чем люди…

Интересы адмирала были куда прагматичней:

– Почему наши сканеры не обнаружили нечто настолько грандиозное?

Здесь Мире все-таки пришлось напрячься, она оставалась инженером экспедиции, ответа ждали именно от нее.

– Потому что мы постоянно сталкиваемся с помехами, точную причину которых мы еще не установили. Вернее, причины – я думаю, что их много. Помимо энергии, которая приходит извне, фонит еще и сама луна. То есть, какие-то сигналы проходят, иначе мы бы с вами не говорили. Но другие или дают сбой, или обеспечивают неверную информацию.

– Получается, верны были все-таки первоначальные расчеты: это преимущественно водный мир.

Адмирал дипломатично умолчала о том, кто именно настаивал на такой версии – но как будто кто-то забыл! Гюрза в челноке, который они использовали для связи со станцией, тоже находился, однако привычно отмалчивался. Порой даже казалось, что он дремлет, и все же Мира не сомневалась: от него не ускользнет ни одно слово.

– Да, это однозначно водный мир, – подхватила Киана с таким видом, будто иных версий она не допускала. Она уже наловчилась пользоваться прибором озвучки, поэтому ее речь лилась четко, хоть и несколько монотонно. – Большая часть планеты занята водой, и в воде, как мы видели, обитают очень сложные формы жизни.