Присев на край кровати, Тропман вглядывался в Тома. Невозможность хоть как‑то ему помочь выводила Тропмана из себя. Хенгуэр дышал гораздо ровнее, но будить его было нельзя. Раны на его лице теперь казались старыми шрамами. Тропман приложил пальцы к шее Тома. Пульс был ровный. Он приподнял ему веко, потом другое. Одни белки. Тропман недоумевал, отчего Том не приходит в себя.

Услышав, что открывается дверь, он поднял голову:

– Доброе утро, Джон, привет, мистер Гэннон.

– Привет, Дик. Что новенького?

Тропман покачал головой. Он почуял напряженную неприязнь друг к другу этих двоих и подумал, не связано ли это с ношей, взваленной на мотоцикл Байкера. Но спрашивать ничего не стал, решил подождать, пока они с инспектором останутся наедине.

– Никак не привести его в чувство, Джон.

– А нельзя сделать какой‑нибудь укол или что‑то в этом роде? – спросил Гэннон.

– Боюсь, что стимулирующее средство может вызвать обратную реакцию. Перед нами очень трудный случай. Будь у нас под руками все необходимое, мы могли бы что‑нибудь предпринять, а так… Ничего не остается – только ждать.

– А вдруг он никогда не очнется? – спросил Гэннон.

– Тогда придется искать какой‑то другой выход из ситуации, – проворчал Такер.

– Известите меня, когда найдете его, инспектор! – сказал Гэннон и вышел.

Такер злобно посмотрел ему вслед.

– Что происходит? – спросил Тропман.

– Мы немножко поспорили, – объяснил Такер. – Байкер убил одного из помощников Гэннона и удрал на своем мотоцикле.

– Убил…

Тропман уже понял, что на мотоцикле везли труп, но ему как‑то не приходило в голову, что речь может идти об убийстве.

– Думаю, Дик, у Байкера не было выхода. Наверное, этот помощник Гэннона слишком его прижал.

– А теперь Байкер удрал, и у нас стало двумя мужчинами меньше.

– Байкер вернется, – уверенно сказал Такер. – Судя по словам Гэннона, Байкер взял снаряжение для разведки. Помните, он вчера что‑то такое говорил.

– Да, но убийство…

– Ну и что, он все равно вернется. Здесь его друзья. Что бы он ни думал о нас с вами и о Гэнноне, друзей он на произвол судьбы не бросит. Да к тому же куда ему здесь деваться?

Говоря это, Такер вспомнил о подозрениях, высказанных Гэнноном, и поделился ими с Тропманом.

– Все может быть, Джон! Что мы по существу знаем о хозяевах этого Дома?

– Ну уж, пожалуйста, не начинайте и вы тоже! О чем говорить, им грозит такая же опасность, как и нам!

– По всей вероятности, да, – согласился Тропман, – но при сложившейся обстановке мы должны быть готовы ко всему и не доверяться предположениям. Конечно, хочется объединиться с обитателями Дома против Гэннона и трагг. Но нельзя забывать, что мы на самом деле ничего о наших хозяевах не знаем.

– Нужно быть начеку, – пробормотал Такер.

Идя по коридору обратно, он досадовал – только этого не хватало. Он понимал, что Дик прав, но подозревать Байкера не хотел. Если еще и Джеми с Байкером морочат его… Черт бы побрал всех и вся! Не желает он даже думать об этом! Но не думать уже не мог.

– Вы тут давно живете?

Салли подняла глаза, увидела Мэгги, улыбнулась и подвинулась, давая ей место рядом с собой на диване. Она безуспешно пыталась привести в порядок длинную комнату, в которую выходила кухня. Они с Байкером часто сидели здесь. Здесь был большой телевизор и приемник «Сони».