— Тогда я не буду этого делать, — деловито проговорила Рози, поднося к носу листок с наколотыми на нем бабочками.

— Нам лучше спуститься вниз, — неохотно предложила Эмили. — Мы не можем оставлять маму надолго.

— Завтра они в это время уедут. — Кларисса встала с дивана. — А мы обоснуемся на новом месте.

— И Тео станет замужней леди, — закончила Рози и добавила: — Интересно, как это будет выглядеть?

— Ты нервничаешь? — спросила Эмили, беря сестру за руку, когда они вышли. Тео покачала головой:

— Из-за будущего, возможно, но не из-за завтрашнего дня.

— А из-за завтрашней ночи? — поинтересовалась Кларисса, красноречиво кивнув на восточное крыло дома. Тео ухмыльнулась:

— Нет, уж это точно.

— Но мама наверняка говорила с тобой об этом?

— Говорила, но я и без нее знала, только не могла ей сказать.

— А откуда ты знаешь?

— Стоунридж — хороший учитель, — озорно ответила Тео.

— Тео, ты уже…

— Не совсем, потому что он не захотел доводить дело до конца. Но я не жду никаких сюрпризов.

— Относительно чего, кузина?

Услышав за спиной голос графа, все трое резко вскрикнули. Боже, как много он успел услышать?

Тео повернулась. Сильвестр смеялся, глаза его блестели, и Тео поняла, что он слышал гораздо больше, чем положено.

— Вы подслушивали, милорд?

— Вовсе нет, просто я шел за вами, — заявил граф, поднимая руки в знак примирения. — Но я должен кое-что сказать вам, любовь моя. Если вы и не ожидаете никаких сюрпризов, то я не исключаю возможности, что вы будете потрясены.

Лица девушек вспыхнули, когда они уловили значение его слов. Сестры были немного смущены внезапным появлением графа, а он, глядя на них, испытывал радостное ощущение, что сумел взять верх сразу над целым выводком Белмонтов. Он намеренно взял Тео за подбородок и поцеловал в губы.

— Жизнь полна сюрпризов, кузина. Отпустив ее, он отвесил сестрам насмешливый поклон и свернул в галерею.

— Я рада, что мама не позволила ему выбрать меня, — проговорила Кларисса, задумчиво рассматривая выражение лица сестры. — Он очень искушенный… и, ну… — она подыскивала нужное слово, — зрелый.

Кларисса решила остановиться, хотя это слово и не совсем выражало то, что она хотела сказать.

— Не то чтобы он мне не нравился, — поспешно добавила она. — Вовсе нет, но он как-то подавляет, когда с ним общаешься.

— Но мне кажется, он понимает Тео, — заявила Эмили.

Она знала, что мать тоже так думает, хотя леди Илинор доверительно поведала старшей дочери, что уверена: этот брак будет ознаменован не одним фейерверком.

— Это единственное, что меня успокаивает, — сухо проговорила Тео. — Я иду к себе, мне надо кое-что сделать.

Сестры посмотрели ей вслед и обменялись красноречивыми взглядами, а затем спустились вниз, чтобы примкнуть к осажденным.

Тео со вздохом облегчения закрыла за собой дверь спальни. Это последняя ночь в ее комнате. Со дня смерти ее бабушки апартаменты графини Стоунридж стояли пустыми с покрытой чехлами мебелью, но теперь, спустя двадцать лет, их готовили для новой графини.

Перьевые матрасы набивались заново, дощатая обивка стен и мебель полировались и покрывались воском, ковры были заштопаны в тех местах, где они износились, а серебряные канделябры натерты до блеска. Вчера приходил Дэн, мастер на все руки, который смазывал петли на двери между двумя смежными спальнями.

Губы Тео все еще хранили тепло мимолетного поцелуя, она ощущала знакомый трепет в груди и покалывание тысячи тонких иголочек во всем теле.