Она села в постели, снова взбила подушки, опять легла и закрыла глаза. «Буду думать о том, какое будущее нас ждет, – решила она. – Как будет хорошо, когда ты придешь, когда мы будем вместе, в каком чудном, волшебном месте мы останемся вдвоем до конца жизни – я и ты. И никакой вины, никакой грязи, никакой лжи, никакой боли. Жизнь с чистой совестью». Она уснула с улыбкой на устах.

11

В воскресенье погода тоже стояла прекрасная. Завтракали поздно; потом читали газеты, гуляли, пили на террасе аперитивы. После ленча Джеймс отправился играть в теннис, а Сара, взяв корзинку, пошла за цветами в сад. Эд и Джайлз остались вдвоем на террасе.

Ну вот, подумал Эд, сейчас начнется допрос с пристрастием.

– Будем ходить вокруг да около или сразу нырнем на глубину? – спросил он напрямик.

Джайлза не так-то просто было вывести из себя.

– Вы лучше меня плаваете, – с легкой улыбкой отозвался он.

– Возможно. Зато вы сильнее меня в шахматах.

– Да, – не сразу отреагировал Джайлз. – Нам надо поговорить о Саре.

– Поэтому вы меня и пригласили?

– Не вполне. Мне с вами интересно. Приятно быть в вашей компании.

– Но моя компания вам подозрительна. Вы хотите знать, достаточно ли чисты мои намерения.

– Ваши намерения мне известны, – невозмутимо ответил Джайлз.

– Когда я сюда приехал, у меня не было никаких намерений. Я явился как побитый пес, с поджатым хвостом.

Джайлз усмехнулся.

– Возможно. Но, так или иначе, вы сюда вернулись.

– Вы бы предпочли, чтобы я не возвращался?

Джайлз выдержал паузу.

– Я бы предпочел, чтобы вы не возвращались.

– Естественно, – согласился Эд. – Тем не менее я вернулся и собираюсь остаться – не обязательно в Латрел-Парке, но в стране, во всяком случае. Пробил мой час.

– В вопросах времени я могу считать себя специалистом, – заметил Джайлз.

– Я и сам посвятил этой проблеме двадцать лет жизни.

– Но вы работаете в категориях прошлого, а я скорее в терминах будущего.

– Сара – мое будущее, – спокойно сказал Эд. – А также мое прошлое и настоящее. Поэтому я, собственно, и вернулся сюда.

– Это ясно, – в тон ему ответил Джайлз.

– Мне тоже многое ясно, – уверил его Эд.

– Так ли?

– По крайней мере в общих чертах.

«Да, тебя так просто не возьмешь», – подумал Джайлз. В нем боролись противоречивые чувства к этому человеку. В нем вызывали бешенство сила и сдержанность Эда, его спокойствие; он смертельно завидовал его физическому совершенству и обаянию. И вместе с тем не мог не отдавать должного искренности, открытости, честности, принципиальности, твердости.

– Как бы то ни было, я рад, что мы с вами встретились, – сказал он после паузы.

– Я, разумеется, тоже много думал о вас, – сухо сказал Эд. – В сущности, я приехал, чтобы проверить себя. Но получилось так, что до этого и не дошло. Слишком много сюрпризов меня тут поджидало, они свалились на меня один за другим, я до сих пор не могу опомниться. И один из этих сюрпризов – вы.

– Вы не предполагали, что Сара мне все расскажет?

– Я вообще ничего в этом роде не предполагал. Я думал, она вырвала меня из своей жизни, как страницу из календаря; скомкала и швырнула в мусорную корзину.