С трудом сглотнув комок в горле, она попыталась напустить на себя беззаботный вид.

— Ты всегда спасаешь попавших в беду дам? — решила она переменить тему.

— Вовсе нет. — Он не стал подлаживаться под ее игривый тон. — Только тебя. Только тебя я стал бы спасать. — Его глаза помрачнели.

— Мне кажется, ты все-таки на что-то сердишься. — Регина постаралась, чтобы ее голос не дрогнул. — Может, мне все же лучше было бы уехать?

Слэйд отрицательно покачал головой:

— Я бы не хотел, чтобы ты одна отправлялась в дорогу или оставалась в гостинице. Я не хотел этого с самого начала, не хочу и сейчас.

Регина в раздумье подняла вилку, стараясь под деланным равнодушием скрыть волнение. То, что она услышала, было слишком хорошо, чтобы этому можно было поверить.

— Я надеюсь побыть здесь еще какое-то время, — побормотала она, с преувеличенным вниманием занявшись разрезанием куска баранины, чтобы ненароком не встретиться со Слэйдом взглядом. — Мне нужно прийти в себя после моей ребяческой попытки бежать в город.

— Вот и хорошо. — Слэйд тоже не спешил встретиться с Региной глазами и уставился в стол. — Я хотел бы, чтобы ты осталась.

Девушка замерла.

Нет, его слова определенно были слишком хороши, чтобы оказаться правдой. Почему он так старательно отводит взгляд в сторону? Видимо, за его странным поведением что-то скрывается и ее снова лишь хотят выгодно использовать.

От этой мысли вся радость от перемены в Слэйде моментально исчезла.

Слэйд, уже намеревавшийся взять Регину за руку, заметил, как изменилось выражение ее глаз, и отдернул руку.

— Почему ты не говоришь то, что думаешь на самом деле?

Крепко схватившись руками за край стола, Слэйд опустил голову.

— Я говорю то, что думаю, черт побери.

Она почувствовала боль. А она-то думала, что под своими суровыми манерами Слэйд прячет честное сердце.

Видя, что Слэйд продолжает прятать глаза, Регина вскочила на ноги.

— Элизабет…

Она прервала его:

— Ты принимаешь меня за дуру?

— Вовсе нет. — Он тоже поднялся из-за стола.

— Ты совсем не умеешь лгать.

Хотя лицо Слэйда оставалось бесстрастным, глаза безнадежно выдавали его. Было ясно, что в его душе что-то происходит.

— Я действительно хочу, чтобы ты осталась, — нерешительно произнес он наконец.

— На какое-то мгновение я тебе поверила, — дрогнувшим голосом произнесла Регина. — Поверила, что ты переменил свое отношение ко мне и что после прошлого вечера ты… ко мне что-то чувствуешь.

— Ты не ошиблась, — медленно ответил он. — У меня действительно… появились к тебе чувства.

— Но я в это совсем не верю! — выкрикнула Регина. — Ты опять затеял какую-то игру? Или, может, решил на свой манер позабавиться? Поиграть мной и моими чувствами? Или тебе просто хочется заполучить мое наследство? Ах вот в чем дело! Значит, сейчас ты будешь делать мне предложение?

— Черт! — со злостью выдохнул Слэйд. — Черт побери!

Чувствуя, что ее захлестывает ярость, Регина повернулась, чтобы покинуть комнату, но Слэйд оказался проворнее. Он успел схватить ее за плечо и повернуть к себе. На его лице Регина увидела отчаяние.

— Это не игра. Ты ошибаешься, Элизабет. Послушай, мы можем быть друзьями. Мы уже друзья. Я думал над этим и понял, что…

— Мы не друзья! Ты не знаешь, что значит дружба! Загляни в словарь! — выкрикнула Регина.