Энджи не удалось скрыть недоверие. Ответная улыбка Кейда пробудила в ней голод, не имеющий никакого отношения к еде. Он открыл дверь — оказалось, что она вела в кухню. Это была не просто кухня, а мечта любой хозяйки. С галантностью, доведенной до автоматизма, Кейд пропустил Энджи вперед. Она попыталась скрыть смущение под шуткой:

— Ну и ну, теперь я не удивлюсь, даже если окажется, что ты с голыми руками ходишь на тигров.

Кейд шутливо развел руками.

— Ты слишком высокого мнения о моих способностях, с голыми руками я хожу только на медведя, а для тигров у меня припасена дубинка.

Они одновременно рассмеялись. Кейд занялся яичницей. Энджи с удивлением наблюдала, как ловко он управляется с кухонными принадлежностями. До сих пор она видела в Кейде только мужчину, пробуждающего в ней запретные желания, мужа своей подруги, к которому она не имеет права испытывать никаких чувств, кроме дружеских. История с Селин Рокстен добавила к его образу новые штрихи, далеко не лестные. Энджи стала считать его хищником, которого интересует только бизнес и секс. Но мужчина, готовивший завтрак у нее на глазах, не имел ничего общего с вероломным типом, образ которого она так тщательно рисовала. От этого Кейд становился еще опаснее, презирать хищного, самовлюбленного самца было бы куда проще.

Час спустя Энджи вышла из машины Кейда перед своим домом.

— Спасибо за завтрак, все было очень вкусно.

Он посмотрел на тонкие золотые часы на запястье.

— Встретимся в девять.

Энджи вздрогнула.

— Как в девять? Я не успею так быстро обо всем договориться.

Кейд и глазом не моргнул.

— Что ж, тогда в десять.

Густые темные ресницы успешно скрывали выражение его глаз, Энджи подумала, что он пользуется ими, как опасным оружием.

— Я ничего не могу обещать, — упрямо заявила она.

Кейд улыбнулся.

— Не волнуйся, я обо всем позабочусь. До скорого.

Наблюдать за тем, как Кейд «обо всем заботится», было весьма поучительно. Он позаботился, еще как! Фэй, стоя у окна, проводила взглядом его «бентли» и присвистнула:

— Ну и ну, теперь я понимаю, как он стал миллионером. Для него не существует ничего невозможного. — Она виновато посмотрела на Энджи, — Я знаю, тебе не понравилось, что он мне заплатил, чтобы я могла не ходить на работу и побыть дома с Джинни. Но я не могла отказаться, извини, если я этим тебя обидела.

Энджи молча продолжала складывать вещи в свой единственный чемодан.

— Я не обиделась, меня это вообще не касается. Вот только, что скажет твой босс? Он не будет против?

Фэй замотала головой, вид у нее был одновременно и смущенный, и довольный.

— Не будет, я уже с ним поговорила. Наверное, это не совсем удобно, что я взяла у Кейда деньги, но, между нами говоря, для него эта сумма — пустяк, он ее даже не заметит, правда?

Вопрос был риторическим, и Энджи не ответила. Она положила в чемодан блузку, мысленно сожалея, что у нее нет ни одной по-настоящему элегантной вещи, вся ее одежда была куплена на распродажах.

— Зря ты ему сказала, куда я пошла сегодня утром.

Фэй покраснела и примирительно погладила Энджи по плечу.

— Ну не сердись на меня, ты же знаешь, этому мужчине трудно отказать, точнее невозможно.

— Да, — Энджи вздохнула, — знаю. Я не столько на тебя сержусь, сколько мне не нравится, когда мною манипулируют. Я до сих пор не уверена, что поступаю правильно, но и отказаться от поездки тоже не могу, это означало бы нарушить последнюю волю Аллегры.

Энджи сунула в чемодан две пары колготок, закрыла крышку и застегнула молнию.

Когда к отъезду Энджи было все готово, подруги перешли в гостиную.