- Все понятно, - сказал Серега и взял со столика кекс.

Чаепитие продолжалось.

 Глава 8

Он впервые пересек океан и, пролетая над Атлантикой, неодобрительно глядел в иллюминатор "Боинга" на сверкавшую далеко внизу синюю поверхность воды, казавшуюся с высоты тридцати тысяч футов гладкой и безопасной.

Он знал, что на скорости, которую приобретает свободно падающий с такой высоты предмет, вода становится твердой, как асфальт. Кроме того, поначалу Шервуд с некоторым подозрением относился к летевшим вместе с ним людям, зная, что террористы особенно любят эффектно заканчивать свой жизненный путь в большом и дорогом самолете. Но убедившись, что среди них нет ни одного, хотя бы отдаленно напоминающего араба, он несколько успокоился.

И вот наконец "Боинг" приземлился в далекой и незнакомой России, и Шервуд с любопытством разглядывал проезжавшие мимо иллюминатора здания аэропорта Пулково. Пока ничего особенного он не обнаружил, разве что были эти здания погрязнее да поскромнее, чем, скажем, в аэропорту Кеннеди. Ну и, понятное дело, надписи были на незнакомом языке со странными буквами.

Спустившись по трапу в окружении четырех крепких парней, которых он взял с собой, Шервуд огляделся и еще раз убедился в том, что пока ничего нового не наблюдает. Однако, пройдя таможенный контроль и оказавшись на территории России, он понял, что ошибался.

Будучи гангстером, он научился чувствовать волны опасности, исходящие от людей. Обычно источниками этих волн были такие же гангстеры, как он сам, или копы, которые по роду своей деятельности тоже были людьми жестокими и опасными.

Здесь же, на этой незнакомой земле, опасными были все. Шервуд видел это в жестах, взглядах, слышал в интонациях незнакомого языка…

Он долго думал, лететь или нет в эту дикую страну, но соблазн получить сокровища был слишком велик.

Шервуд заметил молодого коротко стриженного парня с табличкой "Mickael Sherwood" в руке, подошел к нему и сказал:

- Добрый день. Я Майкл Шервуд. Это мои помощники.

- О, мистер Шервуд! - улыбнулся парень. - Добро пожаловать на российскую землю.

- Благодарю вас, - любезно ответил Шервуд и тоже улыбнулся. - У вас неплохое произношение.

- Спасибо, - парень кивнул. - Называйте меня…

Шервуд услышал труднопроизносимое слово и растерянно нахмурился, а Боярин - это был именно он - засмеялся и сказал:

- Хорошо. Тогда просто по имени. Мое имя - Александр. Можно просто - Алекс.

- Другое дело, - удовлетворенно кивнул Шервуд.

- Прошу в машину, - сказал Боярин и показал рукой в сторону выхода из тесного зала прибытия.

Они вышли на улицу, и Боярин указал пальцем на большой черный "Гелентваген" с тонированными стеклами.

- Наша машина, - сказал он, - прошу вас.

Рядом с джипом стояли двое громил в черных костюмах, и на их лицах была написана готовность покалечить любого, кому что-то не понравится.

В нескольких метрах от шикарного джипа стояла уродливая желто-синяя машина, в которой сидели, судя по одежде, бронежилетам и оружию, русские полицейские. Они равнодушно глазели по сторонам, совершенно не обращая внимания на пасущихся прямо у них под носом откровенных бандитов.

Боярин распахнул перед Шервудом дверь "Гелентвагена", и, поблагодарив братка кивком, Шервуд резво забрался на заднее сиденье. Боярин устроился рядом с ним, другой русский гангстер сел за руль, а третий залез в большой серебристый "Мерседес", на который Шервуд сначала не обратил внимания. Один из людей Шервуда, Круз, сел на переднее сиденье "Гелентвагена", остальные трое - во вторую машину.

Автомобили тронулись с места и, распугивая другие машины неприятным кряканьем, направились к выезду на дорогу, ведущую к городу.