– И слава Богу, что я явился сюда, вместо того чтобы прямо поехать домой, – продолжал он, прижав ее к своей груди. – Я и вообразить не мог, что ты в Ричмонде. Я явился с рапортом в штаб, и тут вдруг мне сообщают, что меня разыскивает генерал Ли. Просто не верится, что это ты, Кэтрин, у меня в объятиях. – И он ласково поцеловал ее в лоб: – Расскажи мне скорее обо всем, что было с тобой!

Она набрала в грудь побольше воздуха и начала:

– Ох, Натан, это был настоящий кошмар, который я бы хотела как можно скорее забыть. Будем благодарны Небу уже за то, что нам дано было встретиться снова!

– Да, но каким образом ты попала сюда? – настаивал Натан довольно резким, даже повелительным тоном.

Осторожно подбирая слова, Китти рассказала про то, как находилась в плену у янки, и была вынуждена работать в их госпиталях, и все же умудрилась бежать благодаря помощи Дэвида Стоунера. Она также сообщила, что, лишившись руки, Дэвид очень изменился и предпочел не возвращаться в Северную Каролину, а остаться в горах Теннесси в доме одиноких стариков, готовых принять его как родного сына.

– Ты ведь знаешь, он женился на Нэнси Уоррен, – добавила она.

Натан почему-то молчал, глубоко задумавшись и устремив вдаль рассеянный взгляд, в котором то и дело вспыхивал подавленный гнев. Китти поспешила сменить тему:

– Натан, когда ты в последний раз был дома? Я ничего знаю про маму, хотя и писала ей отсюда, из Ричмонда. Энди сказал, что она совсем спилась.

– Энди? – удивился Натан.

– Ты должен помнить Энди Шоу.

– Да. Он погиб под Шайло.

– Нет, он остался жив, и я нашла его после боя.

– Послушай, Кэтрин, я хочу знать, что случилось с тобой и доком Масгрейвом? Его убили янки?

И когда Китти не смогла ответить из-за подступивших к горлу слез, он грубо встряхнул ее рукой в белой перчатке, до боли сжимая плечо:

– Кэтрин, не молчи! Что там произошло? Черт побери, я все же имею право знать!

– Мне до сих пор слишком больно вспоминать об этом, – промолвила Китти, у которой все еще щипало глаза – Давай не будем ворошить прошлое.

Однако Натан продолжал настаивать, и Китти, разрыдавшись, выложила всю правду. На какое-то время они умолкли, и Китти стала было успокаиваться.

Внезапно Натан вскочил и с такой силой ударил кулаком по стволу каштана, что сквозь белое сукно перчатки проступила кровь. Он грубо выругался, чем безмерно напугал Китти.

– После долгой разлуки, – прошипел Коллинз сквозь стиснутые зубы, – я наконец-то нашел тебя, Кэтрин, и оказалось, что ты по-прежнему самая красивая, самая желанная для меня, и я хочу на тебе жениться. Но будь я проклят, если так просто смогу смириться с тем, что тебя взяли силой! И не пытайся меня уверять, что этого не было. – Пылающие яростью глаза прожигали Китти насквозь – Я не осел! И я знаю, что все эти типы не могли удержаться от того, чтобы не воспользоваться твоим телом.

– Уж не думаешь ли ты, что мне это понравилось? – воскликнула она, чувствуя, как в ней нарастает волна гнева. – Ты был одним из тех, кто кричал на всех углах, что это будет славная, великая война! И тебе не терпелось пройтись маршем в новеньком красивеньком мундире, и чтобы при этом дули в фанфары и били в барабаны! Но я увидела войну без фанфар и барабанов, я видела смерть и страдания. И так же страдала сама: каждый день, проведенный в плену, был для меня настоящим адом. А теперь ты становишься в позу и готов обвинить меня Бог знает в чем, только лишь потому, что меня против воли похитили, а потом изнасиловали!

И она в сердцах отвернулась, готовая заплакать от обиды Ну почему, почему ей никогда не удается держать себя в руках.