— И ошеломить себя и нас неожиданным прозрением! Что было бы сродни революции. А там как Бог управит… — не смогла сдержать иронии Инна.

— А если и так. Понять сокрушенным сердцем, трезво осмыслить себя не только в личном, в историческом, но и Божественном пространстве, — это как залечить зияющие раны души. Это так возвышено-трогательно и в то же время щемяще-волнительно… Нет, все‑таки какой‑то подвох кроется в этой его фразе про церковь, — пробормотала Аня. — Автору главное напустить побольше туману, тайны?

— Умудренному жизнью человеку ответ приходит сам собой: Бог создал церковь ради того, чтобы все Ему служили, и чтобы Он смог всех облагодетельствовать и взять в свой рай, — сказала Жанна.

— Служили ему? Себе противоречишь. Бог создал людей свободными! А хитрые люди церковь придумали для закабаления. Твоя версия мне ясна. Хотелось бы понять вариант, исходящий от героя книги. А по сути дела — от автора. Он написал: «Весь мир есть Бог» и еще что‑то в таком же духе… Где‑то что‑то в этом духе я уже слышала… Объяснил бы просто, честно и откровенно, а то… понимай его, как хочешь, — пожала плечами Аня.

— Перенес бы разговор с небес на землю, — усмехнулась Инна.

— Не боишься «оскорбить» иную точку зрения? — недовольно засопела Жанна из‑под подушки.

— У нас плюрализм. Погрыземся? — пересиливая изнурительную зевоту, весело предложила Инна.

— Растолковал бы эти свои слова, может быть я и поверила им. А просто так постулировать и преподносить религиозные истины как аксиомы мне не надо. Светские лозунги надоели. Инна, как ты поняла слова матери священника о его жене: «Бедная, бедная Наталия»? — спросила Аня.

— Однозначно. Мать, предрекая их развод, искренне жалеет невестку и тем самым возлагает вину за развал семьи на своего сына. Честная добрая женщина. Не всякому дано заглянуть внутрь души другого человека. Она сумела, — ответила Инна.

— А какой смысл автор в эту фразу вложил? К чему он ее в книге привел?

— Не знаю. В тексте он ушел от разъяснений. Скользкий тип. Может для того, чтобы подчеркнуть праведность и справедливость в характере своей матери? Тогда это ему удалось.

— Но себя‑то он этим «опустил». И даже не понял? — удивилась Аня.

— На том и сойдемся.

*

— Инна, тебя не покоробило, что автор чертыхается? — спросила Аня. — Меня это шокировало. Я после детдома некоторое время жила в семье дальних родственников. Помню, привезли меня в гости к дедушке в деревню. Стояли мы в его дворе, и он о чем‑то спросил меня, а я, по привычке, совершенно беззлобно и беззаботно, как бы походя, ответила: «А черт их знает!» Ты бы видела растерянное, озадаченное, даже обиженное лицо старика! Придя в себя, он только и сказал: «Черное слово в доме?» Я на всю жизнь запомнила эту поразившую меня реакцию: «Ребенок при нем упомянул черта!» Я поняла, что этим выразила старику неуважение, оскорбила его. Еще я вспомнила, с какой гордостью бабушка рассказывала, что при ней даже самые отъявленные пьяницы не решались грязно выражаться, не то что матом.