Внезапно она представила себе картину: его сильные руки, нежно обнимающие ее, темное лицо, наклонившееся к ней, и они оба без одежды… Замотав головой, она отогнала от себя опасное видение. Все это от разреженного воздуха. В конце концов, она врач – человек разумный, методичный и с крепкими нервами. Она не должна грезить наяву и тем более беспокоиться из-за Люка.

Наконец красочная картинка любовной сцены исчезла, и Алисе в голову пришла неожиданная мысль – она впервые в жизни легла спать, не приняв душ. Даже не умыла лицо. И, засыпая, она подумала, что надо будет не забыть привести себя в порядок завтра утром.

ГЛАВА ПЯТАЯ

На следующее утро Алиса проснулась от целой симфонии незнакомых звуков – все в лагере уже встали. Было еще очень рано, но солнечный свет проникал через открытый вход ее палатки. Это встревожило ее. Она точно закрывала вход ночью, а сейчас молния была расстегнута. Только один человек мог пытаться проникнуть к ней в палатку, пока она спала.

Но Алиса моментально забыла обо всех своих опасениях, едва только увидела котелок с горячей водой, стоявший прямо перед ее палаткой. Эта вода была явно для нее, и девушка почувствовала, как волны наслаждения от предстоящего умывания уже пробегают по ней. Наверняка это дядя Билл подогрел для нее воды. Как же он заботится о ней! И хотя придется обойтись лишь быстрым мытьем, все равно это доставит ей огромное наслаждение.

Девушка вернулась обратно в палатку и полезла в свой рюкзак за мылом и чистой одеждой. Обычно она использовала вдвое больше воды, даже чтобы вымыть руки, но в горах и такое количество горячей воды было роскошью. Увы, даже напевать, пока мылась, она не решилась.

Позже, причесавшись и чувствуя себя чистой и страшно голодной, Алиса увидела профессора и подбежала к нему.

– Спасибо за воду. Это было таким приятным сюрпризом – обнаружить горячую воду для умывания. – Она сияла от радости и никак не ожидала получить в ответ недоуменный взгляд дяди.

– Это сарказм или на тебя так подействовал разреженный воздух? – поинтересовался он.

– Но разве не ты поставил к моей палатке котелок с горячей водой? – спросила Алиса, хотя по выражению лица дяди Билла уже знала ответ.

– Может, это сделал твой друг? – с усмешкой предположил он. – Извини, Алиса, но я, когда нахожусь в Андах, просто неспособен на донкихотские жесты.

Девушка знала, что это правда, и, оставив дядю, помчалась искать Дугласа, но в разговоре с ним была уже более осторожна. Он тоже не подогревал для нее воду, но сказал, что догадывается, кто это сделал.

– Взгляни на Чано, – проговорил он. – Он же не сводит с тебя глаз и широко улыбается. Или он стал твоим самым пылким поклонником, или горячая вода – это плата за твои вчерашние аплодисменты.

Это было похоже на правду. Чано, находившийся в другом конце лагеря, буквально сиял, и Алиса, взглянув на него, подумала, что ответ на загадку найден. Подарив индейцу теплую улыбку, она серьезно задумалась. Ей вовсе не хотелось иметь страстных поклонников, которых потом придется выталкивать из своей палатки. Жизнь и так достаточно непроста, зачем ее усложнять еще больше?

Подойдя к центру лагеря, девушка увидела Люка, отдающего распоряжения. Все должны были поесть, уложить рюкзаки и быть готовыми идти дальше. Даже сон не смягчил его, нахмурившись, отметила она, все такой же высокий, сильный и непреклонный. Сейчас было невозможно даже представить, что ночью она мечтала оказаться в крепких объятиях его бронзовых рук. Несомненно, сказывалась первая ночь в Андах. Дезориентация. Но утром-то она вполне отдает себе отчет в своих действиях.

Люк посмотрел на волосы девушки, свободно падающие на плечи и отливающие на солнце золотом. Скорее всего, подумал он, она окажется такой же лентяйкой, как все женщины.